Архивная ведьма

Затем опять посмотрел на меня и украдкой пригрозил пальцем. Серьезно так пригрозил, хотя на его губах все еще гуляла тень улыбки.

— Свидание? — изумленно переспросил Дэниель.

— Свидание? — почти эхом вторила ему Шерон.

— Так зачем ты меня вызвал? — торопливо спросил Рауль, стремясь побыстрее замять неудобную тему. — Да еще так срочно.

— Взгляните сами, ваше величество. — Дэниель встал и сделал широкий приглашающий жест рукой, обведя обстановку комнаты.

Рауль сделал пару шагов и поравнялся с ним. Высоко вздернул брови и негромко присвистнул, за секунду оценив обстановку.

— Однако, — пробормотал он. — И чью же вещь тут растерзали? Оливии, как я полагаю?

— Правильно полагаете, — бесцветно подтвердил Дэниель.

Рауль взглянул на Фредерика, и тот без лишних вопросов подошел ближе. Чуть сощурил глаза, внимательно всматриваясь во всю эту картину.

— Это был мой жакет, — на всякий случай пояснила я, хотя мне никто не задавал никаких вопросов. — Я вчера оставила его здесь, когда относила вам документы. Думала, что вернусь.

— А с Фредериком-то ты как познакомилась? — буркнул себе под нос Дэниель.

Ах да, конечно. Глава службы безопасности при вчерашнем разговоре с моим отцом мудро не высовывался. Поэтому Дэниель и не в курсе, что в кабинете короля присутствовал третий.

— Какие документы ты относила его величеству? — настороженно спросила Шерон.

— Выписку из мирного договора с терстонцами, — подчеркнуто спокойно сказала я и горделиво выпрямилась.

Карие глаза Шерон вспыхнули гневом. Ну да, ну да, конечно. Она наверняка надеялась, что король не узнает, как ловко она перепоручила мне тяжелое задание. К тому же постаралась сделать его практически невыполнимым.

— Мне показалось, что это очень срочно, — добавила я, наивно захлопав ресницами. — Его величество вчера подчеркнул, что хотел бы видеть этот документ у себя на столе как можно быстрее. И я подумала, что так будет лучше. Да и зачем утруждать вас излишней беготней по дворцу.

Лицо Шерон исказила некрасивая гримаса. Она открыла было рот, и я напряглась, ожидая, что сейчас женщина просто взорвется криком. Но продолжала мило улыбаться.

И пусть только попробует что-нибудь поставить мне в вину! Разве что излишнее прилежание. Но за это принято хвалить, а не наказывать.

Впрочем, почти сразу женщина опомнилась и угрюмо насупилась. Поняла, поди, что ее возмущение будет выглядеть очень странно. Тем более в присутствии самого короля.