Между тьмой и огнем

Ты пыталась туда устроиться, помнишь?

Сон моментально слетел.

– Не долго ты был нормальным, – раздраженно бросила Мира, поднимаясь.

– Нормальность вещь относительная. Что ты имеешь в виду?

Мирослава расстроено смотрела на Радомира и не могла сказать этому ухмыляющемуся демону о своей благодарности за Карима и защиту от Олафа. "В конце концов, он всего лишь защищал школьную "собственность", – подумала Мира.

– Не важно. Пойдем есть.

– Ты огорчилась, – грустно сказал Раду.

Он подошел к ангелу и притянул к себе.

– Для нас обоих это был тяжелый день. Я сопровождал Олафа, чтобы смягчить его гнев. Надеюсь, теперь он отложит планы на тебя.

– Он хочет убить меня ради меча?

– Ему достаточно победить тебя в схватке и отрубить руку. Вероятнее всего, хочет сделать тебя рабыней.

– И что теперь делать? – потерянно спросила Мира.

– Стать лучшей ученицей и во всем меня слушаться, как и обещала, – насмешливо улыбаясь, сказал Радомир.

Мирослава закусила губу, посмотрела исподлобья на ректора и негромко спросила:

– А других вариантов нет?

И тут же пожалела об этом.

Радомир так не смеялся даже тогда, когда она ляпнула про женитьбу.

– Романова, ты меня балуешь. Нет, студентка, других вариантов у тебя не будет.

Раду провел рукой над полом и в гостиной появился стол с блюдами, накрытыми крышками клош. Мира облизнулась и, забыв обидеться, уселась за стол и подняла крышку с первого блюда. Вдохнув восхитительный аромат, девушка тут же принялась за еду.

– Манеры у тебя, ангелочек, просто мрак.

Раду неторопливо налил в бокалы белое вино, сел и постелил салфетку. Мира выпрямила спину, положила салфетку на колени и постаралась вести себя более изыскано, чем обычно.

Демон наблюдал за потугами ангела с нескрываемой насмешкой, и огоньки свечей отражались в его зеленых глазах.

Глава 17 Доктор Ф

Мирослава расчесывала волосы перед сном, глядя в большое окно. Вокруг был густой лес, звезды и луна отражались в спокойной воде озера. Мира пыталась вглядываться в темноту ночи, чтобы увидеть своих загадочных соседей, но вокруг не было ни души.

Погасив свечу, девушка легла в кровать. Сейчас она думала о Радомире. Падший остался в домике и от этого на душе было спокойнее. Этот день перевернул отношение Миры к ректору с ног на голову. Он, конечно, по-прежнему не упускал случая поглумиться над ней, и впереди еще предстояла муштра под его началом. Но, в то же время, какой надежной опорой он себя показал, когда был действительно нужен.