Между тьмой и огнем

Новая фишка для привлечения клиентов? Мутация? Имплантация с какого-нибудь бедняги, проигравшего очередной спор на душу смертного, которую так и не смог отстоять? 

– Я никогда не спорил с ангелами, и еще не придумали такого заклинания, которое может заставить крылья подчиниться демону. Придется смириться с мыслью, что я один из падших, – повернув аристократический профиль к девушке, ответил на ее мысли Радомир.

– Меня научат мысли защищать? – надувшись, спросила Мира.

– Это первое, чему тебя будут обучать, но уровень защиты будет зависеть от уровня прилежания.

– А если я не смогу сдать экзамены после первого курса?

– Останешься на второй год. Мы не такие ханжи, как наверху, у нас падать некуда. В худшем случае дрейфовать в качестве прислуги у более успешных студентов.

– Но мне учитель из Ангелов говорил, что я отправлюсь на покой.

– Ему приснилось, он всем нам только снится. 

– Но мне не нравится здесь.

– Капризная еще, – громким шепотом сказала Рязанка.

– Самая худшая, нам только такая подойдет, – ответил ей ректор.

– Для чего подойдет? – резво подбежав к матери с сыном, спросила Мира.

– Для опытов, – не глядя на нее ответил Мастер, шаманка прыснула в кулачок.

– Какой-то ты странный для ректора. 

– Нормальный для адского.

– А ты…

– Все-таки лучше на вы, Мирослава, – голос Радомира посуровел, волосы поседели, а лицо постарело лет на сорок. – Если для твоего понимания так комфортней, значит, я буду выглядеть так.

– Не надо, Родя, – расстроенно попросила Рязанка и демон вернул себе прежнюю внешность. – Все-таки она слишком хлопотная, – покосившись на Миру, добавила она.

– Я не хлопотная, просто хочу больше знать о том, что меня ждет. 

– Сейчас ужин и сон, а с завтрашнего дня подготовка к новой жизни, – ответила шаманка. – Добро пожаловать ко мне домой, ангелочек. 

Рязанка широким жестом обвела просторные угодья, на которых расположилось обширное хозяйство.

– У меня в гостях бывает только сын, да дикие зверушки и птички, – сказала шаманка, глядя на Миру. 

Она привела всех в дом, где весело потрескивал огонь в печи, и аппетитный ужин уже дымился на столе.

– Располагайся, Родя, а мы сначала сходим в баню и переоденемся.