Между тьмой и огнем

– А это наш дом, мы зовем его Драхенфельс – Скала Дракона.

– Кажется, будто он повис в воздухе, – восторженно сказала Мира, разглядывая приближающуюся махину.

Девушка уже рисовала в воображении внутренние чертоги, которые сейчас увидит, но ее ожидало разочарование – для приема гостей в сотне метрах от замка был построен павильон, на пороге которого стояла молодая красивая женщина. Такие же светлые волосы, как у Сигвальда были убраны в длинную косу, лежавшую на плече.

– Добро пожаловать в нашу Долину, друзья – поприветствовала она Миру и Радомира.

– Меня зовут Хельга, я мать Сигвальда – представилась женщина.

– Мир вашему дому, – хором ответили гости. – Меня – Мирослава – добавила девушка, пожимая протянутую ладонь.

Хельга не выказала удивления и разочарования при виде Миры, но смотрела на нее так пристально, словно в нее не верила.

– Пройдемте в дом, – пригласила она.

Классический павильон с колоннами и полуколоннами, антаблементом, на фризе которого повторялись изображения и орнамент с драконами, выглядел здесь чужеродным, как будто его занесло сюда ветром.

Мирослава неуверенно шла за хозяйкой в помещение, где был накрыт маленький столик с вином и закусками.

Когда все расселись и Сигвальд подал каждому серебряный кубок, Хельга спросила:

– Мастер Радомир, это тот самый Ангел, о переводе которой вы так хлопотали? – ее улыбка была холодной, но взгляд притягивал тем же огнем, что и у сына.

– Да, это моя будущая помощница, о которой я столько хлопотал.

При Хельге ректор был серьезен и по-деловому собран.

Впервые с тех пор, как увидела этого демона и то, как Грув земно ему кланялся, Мира поверила, что он может занимать важный пост.

– В письме вы дали знать, что у вас есть просьба.

– Да. Крылья Мирославы не подчиняются ей, вы можете помочь ей научиться летать?

Женщина перевела взгляд с Радомира на его протеже и обратно, потом еще раз. Она поднялась, поставила кубок и подошла к Мире. Прикоснулась к безжизненным крылам, погладила пух, раскрыла за жирной спиной, любуясь игрой света в непорочной белизне.

Отпустив их, Хельга обошла кресло, в котором сидела девушка и взяла ее за подбородок, подняв лицо и заглядывая в глаза непонятного цвета.

– Это непривычно для нас, но в данном случае необходимо. Мы должны пойти к очагу и там я скажу стану ли помогать Мирославе.

– Это огромная честь, но... – начал было Радомир, но хозяйка перебила его:

– Это приглашение было бы вами получено в любом случае, вы друг нашего дома.