Между тьмой и огнем

Эржебет игриво посмотрела на туго соображавшую Мирославу и весело прощебетала:

– Всенепременно. Поэтому вы понимаете, КАК хорошо должна выглядеть такая девушка.

Марго засуетилась и через пару минут обнаженная Мира на алой кушетке уже обреченно смотрела в лепной потолок, в ожидании предсказанных ректором пыток. Ее подбадривала лежавшая рядом Бетта:

– Сейчас будут такие ощущения, словно тебя хотят сжечь заживо, потом содрать кожу, вырвать волосы и выдрать ногти. Но, потом ты поймешь, что оно того стоило. Место замечательное, лучшее в Шедбурге.

Появились служительницы в черных балахонах и принесли дымящиеся чаши и инструменты. Мирослава прокляла все на свете, когда ощутила на своем теле раскаленную тягучую пасту, с наслаждением истинной демонессы размазываемой служительницей.

– Надеюсь, вам комфортно? – злорадно спросила мучительница, Мира ответила робким всхлипом и увидела, как губы демонессы расплываются в улыбке, обнажая два ряда острых зубов.

Спустя пару часов, тянувшихся дольше двух предыдущих месяцев, Мирослава, обиженно насупившись, благодарила беспрестанно смеющуюся Бетту и направилась к выходу из дома вампиров.

– Теперь мы в расчете за испорченный Хэллоуин, маленькая святоша, – злорадно сказал Влад и они с Эржебет издевательски захохотали над измученным ангелом.

Взгляд Радомира, увидевшего понурую Мирославу, входящую в кабинет, реабилитировал все мучения и повторно отомстил за издевательства в ванной. Мира злорадно улыбнулась и гордо подняла голову.

– Ну, – капризно сказала девушка, – как же утешения, восхищения и что там еще было обещано?

– Я вижу по твоей вредной ухмылке, что ты прекрасно осведомлена о собственной неотразимости.

– Мне нужны доказательства, – сурово потребовала Мирослава.

– Держи, – просто ответил Раду, протягивая ей листок, который читал.

На нем красовалась цветная фотография Миры и подпись "Падение во время бала".

– Что это значит?

– Кто-то пустил слух о том, что ты совершишь грехопадение прямо на празднике. Ползают слухи, что именно поэтому ты все еще светлая. Ради праздничного шоу.

– И кто  мне подсуропил, пустив этот мерзкий слух? – в ярости спросила Мирослава и с негодованием уставилась на довольно улыбавшегося мастера.

– Да брось, зато тебя лишний раз не трогали. Я защищал тебя.

– Хороша защита, – буркнула Мира и снова посмотрела в листок.