Между тьмой и огнем

У двери он повернулся, посмотрел на девушку, убеждаясь, что она немного пришла в себя и сказал:

– У меня много дел. Нужно подготовить портал, договориться с Карстом о будущем академии и прочее... Я зайду за тобой вечером, одевайся поудобней и почеловечней. Над крыльями поколдуем, и будут как искусственные.

Мастер вышел, и вскоре внизу хлопнула дверь.

Мирослава запаниковала уже через пятнадцать минут после того, как Раду ушел. "У него-то может и нормальная самооценка, а у меня? А если он просто играется? Хотел порадовать Рязанку, а Кузя просто неправильно определил его желания?" Мира переходила из комнаты в комнату, прощаясь с домом, и стараясь успокоиться.

"Я же..." – ангел прогоняла мысль, крутившуюся последние пару дней. Конечно, демон с самого начала проявлял к ней интерес не только как к союзнице и не раз намекал на это, но... "Мы с ним скоро погибнем", – неожиданная мысль отогнала все суетные глупости, и вернула девушку в ад. Она села на ступени лестницы и горько заплакала.

Вечером, когда Радомир пришел, чтобы вместе идти к порталу, ангел сидела в кабинете и разглядывала плохочитаемые каракули наставника.

– Ты ревела, – грустно констатировал демон, заглядывая в покрасневшие глаза, на припухшем лице. – Если Бетта тебя увидит такой, то выпьет всю мою кровь и наш план провалится.

Раду легонько погладил пальцами по векам, переносице, щекам, прикоснулся к губам и сказал:

– Вот так лучше. Теперь я дотяну до бала.

– Мы могли бы изначально быть ближе, – всхлипнув, сказала Мира, сокрушаясь о потерянном времени.

– Я, конечно, не вскипаю в буквальном смысле, как Сигвальд, когда прижимаю тебя к себе, но, поверь, призываю всю свою выдержку, чтобы не плюнуть на все мыслимые и немыслимые последствия. К тому же, я самодур и тиран, помнишь? Ты меня ненавидела все это время.

Мирослава не стала спорить. Едва ли чувства Радомира показались бы ей убедительными на фоне тренировок в полигоне или ярости за чувства к ней Вальда.

– Пойдем, мы должны быть первыми. Это что-то типа ритуала, не хочу нарушать.

Раду подал ангелу руку, и Мира понуро поплелась за ним, не желая оказываться среди гомонящих студентов, спешащих на поверхность.

– Улыбаться я не стану, – капризно сказала девушка.

– Не нужно, пусть думают, что я делал с тобой что-нибудь нехорошее, – весело сказал Раду и на порозовевшую Миру обрушился гомон студентов.