Звериный подарок

— Вы пошли не в ту сторону, — равнодушный голос справа.

Ждан стоит поближе к Аленке, но смотрит тоже вперед. Предостерегающе.

Лица кочевников теряют улыбки и превращаются в равнодушные маски. Они разворачиваются и уходят, даже спинами выражая полное презрение.

Маришка не спешит слезать с рук Дынко, и он, похоже, не против, тащит ее и даже слушает, что та болтает.

Я иду за ними возле Радима и делаю вид, что не удивлена их присутствием и ничуть не рада.

Сзади идет Аленка с Жданом. И двух минут не прошло, а они как старые знакомые беседуют о… Рукоделии? Не может быть! Что Ждан может понимать в рукоделии? Похоже, ничего, но слушает внимательно и даже вопросы наводящие задает.

Интересно, узнала бы моя подружка, что рядом с ней идет вожак, сильно бы удивилась?

— Чему улыбаешься? — тут же спрашивает Радим.

— Да вот думаю, говорить или нет Аленке, что она рассказывает о способах вышивать двусторонней гладью вожаку.

— Да уж, — и тоже улыбается.

— Вежливый он у вас. А как это кстати, вожак?

— Э-э-э, ну, это сложно объяснить не… волку.

Вожак — это тот, кто за собой ведет в случае войны или опасности. Тот, чья воля сильнее воли других. Ну, в общем, как-то так. — Радим растерянно оглянулся на Ждана и замолчал.

Ну нет, так легко он от меня не отделается! Когда еще будет возможность пройтись рядом с волком, да еще и который на вопросы отвечает?

— А разве вожак не самый сильный?

— Самый сильный, — согласно кивает лохматый.

— А среди вас разве не Дынко самый сильный?

Та-ак, до чего-то докопалась: Радим раздумывает, как будто не решается ответить.

Не ожидал от меня подобных вопросов?

— Да вот, понимаешь ли… Да, Дынко самый сильный. — Радим искоса скользит по мне глазами и отворачивается. — В человеческом… обличье.

В… человеческом? Я как в стену врезаюсь, останавливаюсь на одном месте. Радим хватает меня за руку и молча тащит за собой. Навстречу идет толпа крестьян, видимо, из одной деревни, потому что они громко переругиваются и тут же хохочут.

Когда их шумная компания остается за спиной, Радим спрашивает:

— Что, не рада уже, что спросила?

Почему не рада? Просто прозвучало как-то вдруг, хотя я знаю, что звериный народ в зверей перекидывается. Это же очень… любопытно.

— Нет, просто неожиданно. Хочу… посмотреть.

— Чего?

— На ваше… нечеловеческое обличье.

— Это не развлечение, а боевая форма! — сухо отвечает парень и тут же меня отпускает.