Конечно, свобода

Есть только несколько отличий… Например, мы зачастую видим не просто внешнее в мужчине — красоту, достаток, положение, силу… мы видим и то… каков он. Сколько в нем сексуальной энергии, сколько в нем заботы и готов ли он изливать ее на женщину… Каков он в постели, каков в жизни — хороший или гнилой. Ну и… некоторое другое. Иногда те, кого вы, всесильные любимчики фортуны, презираете, оказываются отличными мужчинами.

— Или с большим членом, — фыркнул Шиасу, чтобы не показывать, какое впечатление на него произвело объяснение суккуба.

Айлла посмотрела на него как на маленького мальчика.

— Некоторым суккубам только это и нужно, — она выдержала паузу, — как большинству мужчин не нужно в женщине ничего, кроме большой груди или длинных ног.

— Еще задница, — продолжил кривляться демон.

— Куда ж без нее, — фыркнула девушка, и оба рассмеялись.

— А что тебе нужно? — спросил вдруг Шиасу.

Его пленница уже открыла рот, чтобы ответить правду, но быстро передумала.

— Большой член, конечно, — усмехнулась она.

— Нет, а правда? — попробовал настоять Ракхар, но Айлла только покачала головой.

— У меня нет четких предпочтений. Большинство мужчин есть за что любить. Или хотя бы уважать.

— Любить?

— Трахаться-трахаться, не волнуйся, — отмахнулась девушка. — Никто не посягает на твои мужланские представления о суккубах.

— То есть они не верны?

— Давай переведем тему разговора, — хмыкнула она.

— Нет уж, давай довыкладывай.

— Не-не, и вообще я хочу пирожное. Почему нам подали только печенье?

— Айлла!

— Хочу пирожное. Бисквитное! С кремом! Розовым! Нет, зеленым!

— То есть ты не будешь говорить?

— Буду есть! Пирожное! С кремом. Синим.

— Ты говорила, что зеленым.

— Я передумала.

— Этакая ты переменчивая.

— А ты как думал.

Гристо появился внезапно и выставил перед девушкой пирожные с розовым, зеленым, синим, белым, желтым цветами крема. Тем самым лишив возможности и дальше уходить от темы.

— Ага! — радостно воскликнул Шиасу. Он сам не понимал, почему так себя ведет. Во-первых, зачем ему откровения суккуба? Во-вторых, если уж надо, то можно куда более жесткими способами заставить ее говорить.