Убийца-садовник?

Основательный и невозмутимый, майор внешне напоминал добродушного моржа: у него были мощные покатые плечи, коротко стриженая голова и пышные рыжеватые усы. Однако, присмотревшись к стальному блеску глаз этого джентльмена, становилось понятно, что его напускное добродушие могло быть обманчиво.

К нашей группе присоединился невысокий полноватый господин, представившийся как мистер Мельтон, табачный фабрикант и владелец известного в Спленфилде табачного магазина. Они с майором тотчас заспорили о свойствах разных сортов табака.

Судя по всему, наш «морж» был заядлым курильщиком. Племянник фабриканта, мистер Генри Мельтон, небрежной причёской и манерами явно подражавший популярному поэту лорду Белломонту, откровенно скучал в их компании. Он подавил зевок, оглядел зал и... замер с полуоткрытым ртом.

Я посмотрела в ту же сторону и согласилась, что Мельтону было от чего онеметь: в зал вошла леди Винтер под руку с мистером Трэверсом, представителем судоходной компании «Бринкли и сыновья», которой принадлежал «Монарх».

Алисия и в обычный день могла бы затмить искусственное освещение в зале, но сегодня она превзошла себя.

Следом за ними в дверях появились капитан и доктор Моррис, наш корабельный врач. Нас всех пригласили к столу. Когда мы расселись, обнаружилось одно пустое место. Мистер Уинстон, очевидно, задерживался. Ужин начался с традиционной приветственной речи капитана. Это был невысокий коренастый человек с добродушным загорелым лицом, выдубленным всеми ветрами. Поскольку Жан Мариитис сам был южанином, то Аннарские острова он знал как собственный карман, что было очень кстати, так как море в тех местах отличалось особым коварством.

Когда стихли аплодисменты, стюард внёс дымящуюся супницу, источавшую пряный аромат. Суп из моллюсков был выше всяких похвал.

Разговор за столом вертелся вокруг корабля. Рэндон и мистер Трэверс беседовали о габаритах «Монарха», и я с удивлением узнала, что длина судна была подобрана сообразно длине океанской штормовой волны. Вспомнили и предыдущий проект компании — злосчастный пароход «Сердце Запада», которого постоянно преследовали неприятности: за неполных два года он успел сесть на мель и пострадать от пожара, возникшего из-за неисправности в котле.

— Я слышал, неудачи «Сердца» обусловлены тем, что при спуске его на воду бутылка шампанского не разбилась о борт, как положено, а утонула в волнах, — пошутил господин Мельтон.

— Мы учли это, — серьёзно ответил мистер Трэверс, — и теперь всегда привязываем к бутылке верёвку.