Академия рода Десмар

— Еще тост?

— Да, спасибо, — смутившись, произнесла Алекса.

Как и накануне вечером, они с Эдвином сидели напротив друг друга. Алекса чувствовала себя неловко из-за того, что куратор уже во второй раз готовит для нее. Правда, в следующую секунду Эдвин сделал то, что заставило ее неловкость испариться без следа — закинул ноги на стол и, выразительно покачивая тапочками, произнес:

— Вилбур, тебе не кажется, что шутка затянулась?

— Эммм... — Алекса с набитым ртом пожала плечами.

— Белый — очень непрактичный цвет, — сообщил ей Эдвин.

— Не переживай. Я добавила в заклятие защиту от загрязнений, — прожевав, отозвалась Алекса.

— Сделай их черными! — потребовал Эдвин. Выбранная поза оказалась некомфортна и, решив пренебречь эффектностью, он опустил ноги на пол.

— Ты привыкнешь, Карингтон, — из чистого упрямства отказалась Алекса.

— Я бы мог помочь тебе в академии, но трудности закаляют, — заявил Эдвин, и на его лице расцвела хитрая улыбка.

— Ты не можешь мне вредить, тебя назначили моим куратором, — напомнила Алекса.

— Я не буду, — примирительно подняв руки, объявил Эдвин.

Алекса покинула столовую в полной уверенности, что победила в споре по поводу тапочек-скарабеев. Однако как только за девушкой закрылась дверь, ее куратор улыбнулся еще шире и произнес:

— Я уже.

Торопившаяся на занятия Алекса и представить себе не могла, во что превратят эти слова ее первый день в академии рода Десмар.

Глава 5

В столичной академии студентам приходилось бегать из одного учебного корпуса в другой. Там было десять факультетов, а в академии рода Десмар только три: артефакторика, бытовая магия и зельеварение. Все аудитории и лаборатории находились в одном здании, и это несказанно порадовало Алексу.

Актовый зал гудел, как растревоженный улей, когда второучка переступила его порог. О том, чтобы пробраться в первые ряды не могло быть и речи.

Она прослушала речь ректора, Гордона Эрниса, невысокого рыжеволосого мужчины, который четверть часа вещал о важности магического образования в современном мире. Пару раз он терял нить повествования, но все равно снискал аплодисменты собравшихся. Затем деканы выбрали старост у первокурсников.