Герои Вирентеры: Последняя носительница крови драконов

— Мне не нужна твоя помощь, — тихо и холодно ответил он.

— Хотим мы этого или нет, но я должна о тебе позаботиться, поэтому не веди себя, как ребёнок, и делай, что велят, — сказав она закрыла за собой дверь в комнату, — как же бесит этот человек, и почему именно с ним я буду жить в одном доме, — раздраженно, она открыла дверь в другую спальню. Обе комнаты были одинаково обустроены. В небольшой комнате у стены стояла кровать, по центру был стол, а у другой стены стоял большой шкаф. Аврора не стала терять время, быстро переодевшись в более легкую одежду, она забрала лекарства и направилась в комнату к Клауса.

— Я могу войти? — постучав в дверь спросила она.

— Входи, — раздался голос по ту сторону двери.

Аврора вошла в комнату, Клаус сидел на кровати с оголенным торсом. Всё его тело было в мелких и крупных порезах, из некоторых глубоких парезов все еще медленно стекала кровь. Положив лекарства на стол Аврора, ушла за водой и вернулась с миской воды и полотенцем.

— Зачем это? — спросил Клаус.

— Нужно промыть раны прежде, чем обработать их. Так не произойдет заражения и они быстрее заживут.

Аврора села за спиной Клауса и начала промывать раны. Всё его тело ныло от боли, но не желая казаться слабым, он старался быть невозмутимым. Намочив полотенце в теплой воде и отжав лишнюю воду, Аврора аккуратно прикоснулась к ранам на его теле, осторожно смывая кровь с кожи. Когда она прикоснулась к ранам, его мышцы спины дернулись, но он не издал ни звука.

— Не дергайся сейчас я начну наносить мазь, — сказала девушка. От мази, что наносила Аврор боль только усиливалась, и если при нанесении на мелкие порезы боль была ещё терпима, то когда она начала наносить, на глубокие раны сила выдержки Клауса дала слабину.

— Всё! Хватит! Прекращай! От этой мази мне только больнее! — раздраженно закричал он, нарушив тишину в комнате.

— Если тебе больно нужно сразу говорить! — закричала она в ответ, — возьми обезболивающее, эффективность мази снизиться, но зато не будет болеть.

— Почему ты сразу мне не дала его? — возмутился Клаус.

— Потому, что в записке наставника было сказано, давать только в случае нестерпимой боли, — пояснила она.

— Так она нестерпима! — начал злиться Клаус.