Хочу от тебя наследника

— Нет, Ярусь, и не проси, — покачал головой в отрицании, снова посмотрев на свою малышку.

— Ты же знаешь, что я никогда не оставлю тебя, да? — спросила, хотя ответа и не ждала, усилив свои объятия, пристально глядя на меня снизу-вверх. — И она не моя… эта возможная будущая жизнь, — хмыкнула негромко. — Наша, Ян. Наша. А мы сами не будем жить вечно, — помолчала немного, а после продолжила совсем тихо, с откровенной мольбой: — Ну, пожалуйста, Ян. Я очень-очень хочу ещё одного маленького О`Двайера… — приподнялась на цыпочках, прижавшись губами к моей шее, одаривая почти невинным поцелуем.

— Ты уже оставляла меня много раз, крошка-детка, — схватил любимую за шею притягивая ближе к себе. — И в последний раз ты тоже очень-очень хотела ребёнка, а закончилось всё, сама знаешь… Я не готов снова рисковать твоей жизнью. Мне не нужен будет этот волчонок без тебя, Ярослава, пойми это. Я люблю всех наших детей, но даже они не в силах будут удержать меня на этой стороне Граней, если ты меня покинешь. В конце концов, у Эйдана скоро сын родится.

Будет тебе маленький О'Двайер, — усмехнулся и убрал ладонь с чужой шеи.

Честно говоря, больше хотелось наплевать на всё и взять свою пару прямо здесь и сейчас. Останавливало одно — мои мысли сейчас были слишком заполнены детьми. Если не удержу инстинкты, кое-кто получит себе долгожданного малыша. А рисковать я, как ей и сообщил чуть ранее, не намерен. Не снова.

— Да ты эгоист, О`Двайер. Я, между прочим, столько лет мирилась с этим твоим желанием и терпеливо ждала, когда же ты изменишь своё мнение.

Но ты не хочешь ничего менять, — вздохнула обречённо. — Вот, если я заведу ребёнка от другого, как ты потом с нами жить будешь, а? — в зелёных глазах зажглось искреннее любопытство.

Я на её вопрос лишь ласково улыбнулся. И то больше своим мыслям. Потому что раньше бы подобное высказывание стало для меня подобно красной тряпке для разъярённого быка. Если бы не уничтожил, то попытался бы точно лишить население замка и Абердина всей их мужской половины.

А провокаторшу запер бы в темнице. Сейчас же её выходки казались детскими и милыми.

— Ну, что тут скажешь, — хмыкнул добродушно. — У меня впереди восемь веков, чтобы смириться с этим фактом, — вздохнул наигранно удручённо. — Да и вообще… Ты мне не изменишь! — дополнил со всей уверенностью и с долей ответной провокации.

На это моя пара понимающе улыбнулась.

— А кто говорил про измену? — посмотрела на меня с упрёком, хотя по-прежнему улыбалась.