"Переполох" в затерянном городе

И, кроме того, всё это время, Анни находилась на территории Юридической Академии Лоусона, ректором которой, если ты помнишь, является наш бывший сотрудник, старший отряда стражи Вален Коган, в числе студентов нашего профильного факультета! Помимо этого, неотлучно рядом с твоей дочерью был и её жених, Лерк Уозерр.

- Вот без последнего добавления, вполне можно было и обойтись. - Вставил Эдгар.

- Слушай, Лерк парень очень достойный! Честный и порядочный! Или он тебе происхождением не угодил? - вопросительно уставился на старого друга квестор.

- Ну, ты как никто должен знать, что кому бы уж и цепляться за происхождение, но вот точно не нам с тобой. Мы в своё время хорошо со дна черпанули. - Вспомнил о беспризорном детстве один из самых влиятельных сегодня людей Лоусена. - И я не спорю, Уозерр может быть отличным парнем! Но для меня-то он зять! А я тебе как отец, у которого три дочери говорю - зять не может быть хорошим по определению!

- Так это в тебе отцовская ревность говорит? - хохотнул довольный Тодеус.

- Только ты серьёзно и честно оцени, что он сделал для девочки. И потом, он волк, признавший в Алие - Анни свою пару. Для двуликих пара это не шутки. Даже со стороны видно, что за Анни он порвёт любого, и рискнуть ради неё готов всем. Чего тебе ещё надо?

- Чтоб это случилось попозже! Растил-растил, и здравствуйте! И ладно бы ему деньги нужны были, связи, влияние. Не поверишь, я бы сам предложил! - развел руками Дорс. - Но нет, он на самое дорогое покусился, на одну из дочерей! И ведь как она на него смотрит.

.. Я помню этот взгляд. Когда-то на меня так смотрела Элис, и я сразу становился сильнее, не поверишь, но у меня сразу всё получаться начинало. От одного этого взгляда!

- Ну, вот видишь, ты сам когда-то был чьим-то зятем, а говоришь, что они все плохие! - квестор дружески похлопал Дорса по плечу, поддерживая в принятии факта, что маленькая, светлая, немного наивная Анни выросла.

- Так поэтому и говорю. - Усмехнулся Эдгар, чувствуя неимоверное облегчение.

Мысль, что он погнался за комфортом и достатком, и потерял в результате самое дорогое, свою светлую девочку, отравляла его существование всё это время и не давала покоя. Ничто не утешало его в этой боли, ни благотворительность, ни месть.

Утром, когда он увидел девушку, спускавшуюся с подножки мобиля и опирающуюся на руку незнакомого ему парня, ему даже показалось, что он спит или бредит. Не узнать свою Анни он не мог.