НИИ ядерной магии ТОМ 2

Она понадеялась, что ему хватит сообразительности не спрашивать об этом самого Батю Каракулина. Не то он не только расскажет, но и покажет, на что способна его красивая белоснежная коса.

— Пойдёт вам такой короб?

Красибор принял куб. Руки его чуть опустились, не ожидая такой тяжести. Казалось, что куб был сплошной, но нет — Красибор поддел пальцем крышку, и та легко отошла в сторону. Длинна его рёбер была сантиметров тридцать пять, и Красибор обхватил его обеими руками, чтобы удобнее было держать. Не ускользнуло от его внимания и то, с какой лёгкостью Батя Каракулин держал свою находку — будто короб был сделан из картона, а не чугуна.

— Идеально, спасибо вам огромное! — воскликнула Фима и захлопала в ладоши. — На нём стоит закрывашка?

— Да, используй классическое «омженный», само заклинание я к нему уже прилепил давно.

— Потрясающе, спасибо, Батя Каракулин!

— Пожалуйста, кошка Арифметика, — мужчина улыбнулся, и вмиг лицо его стало добрее. — Смотри осторожнее только будь, сама знаешь, ежи эти — прожорливые твари.

— Ну вот в чугуне не должны, — Фима вернула ему улыбку. — Мы побежим, хорошо? Скоро стемнеет уже, а нам ещё лодку искать.

— Конечно, конечно, милая, — закивал Батя Каракулин. — Ты заглядывай к нам почаще, а? Артёмка по тебе всё сохнет, чтоб ты знала.

— Ну, посмотрим, — она виновато как-то пожала плечами и развела руки в стороны. — Много работы, милый Батя Каракулин. Но я запомню ваше приглашение.

— Уж запомни, хитрая кошка, — ухмыльнулся он и перевёл взгляд на Красибора.

Красибор поспешно кивнул, хотя в горле у него разом пересохло. В качестве подтверждения серьёзности своих намерений, он опустил чугунный куб на пол, как бы говоря: «Это не потому что он тяжеленный, зараза, а потому что я не собираюсь никуда уходить, пока мы не договорили».

— Батя Каракулин, вы же ничего ему не сделаете? — насторожилась Фима.

— Целёхонького тебе верну, не боись, — отмахнулся мужчина и открыл дверь кузни, недвусмысленно намекая Фиме, что ей пора идти.

Девушка вздохнула и потянула Красибора за ворот толстовки, чтобы тот чуть наклонился.

— Не лезь на рожон, — попросила она в полголоса.

— Не буду.

— Тогда жду тебя снаружи, — она ободряюще улыбнулась и всё же вышла за порог.