НИИ ядерной магии ТОМ 2

Особенно за здоровяками подобно Савелию.

Пока Ольга объясняла, почему её ну обязательно-преобязательно нужно пустить на территорию больничного комплекса, Савелий подбежал к парадному входу. Им преградили путь двое санитаров:

— Извините, но часы посещения закончены. Приходите завтра.

— Там моя подруга, её только что привезли, — затараторил Роман. — Мне важно узнать, как она.

— Извините, — один из санитаров развёл руки в стороны.

— Приходите завтра, — поддержал его второй.

— Но как же я узнаю?

Первый добавил к разведённым рукам мотание головой из стороны в сторону, а второй оказался чуть более сговорчивым:

— Ну попробуйте позвонить в приёмное, запишите номер.

— У меня есть, — кивнул Роман. Номер сохранился у него с тех дней, когда Красибор был пациентом больницы.

— Вот позвоните и спросите, кто лечащий врач, вас соединят с ординаторской. Если звёзды сойдутся, что-то да расскажут вам.

— Но вообще звонки родственников — каждый день с часу до двух, — вставил свои пять копеек первый санитар.

Поняв, что их действительно никуда не не пропустят, Савелий поставил нанимателя на ноги. Ему казалось, что так тот будет выглядеть более представительным, чем на руках у другого мужчины. Хотя, если подумать, на руках женщины он выглядел бы ещё более сомнительно.

— Можете приглядеть за ней? — мягко спросил Роман. — Я оплачу дополнительное время ваше и медсестёр, сколько скажете.

— Ну мужчина, у нас хорошо ухаживают за больными, что вы разводите?

— Она мне очень дорога, — продолжать Роман стоять на своём.

— Товарищ, вы совсем...

— Пять тысяч в день, — перебил его второй санитар. Он действительно был более гибким и сговорчивым. — Каждому.

— Хорошо, — Роман не раздумывал ни секунды. — И посмотрите, кто за ней ещё будет ухаживать. Я оплачу, сколько скажете, — повторил он и достал из внутреннего кармана пиджака картхолдер.

Из маленького отделения для наличных достал сложенные вчетверо банкноты и протянул мужчинам две рыжие бумажки.

На этом они распрощались, оставив Романа с Савелием перед парадным входом девятиэтажной махины, которая, подобно чудо-рыбе, вынырнула из зелёных зарослей. Вокруг было тихо, даже чересчур.