Лев Бессердечный и хозяйка механического кота

Его вид внушил Кенджи неподдельный ужас. Глаза были скрыты сложными бинокулярами, руки стальные, торс закован в броню, подвижную, как тела автоматонов, сзади хвост, тоже из металла, длинный и шипастый.

— Акико Мотидзуки должна встретиться со своим отцом, — механический голос мэра пронял ещё сильней.

— Но астроном умер, — растерянно промямлил Кенджи.

— Да. И его дочь должна.

— Я ранее участвовал в миссии по её похищению с целью защиты.

— Планы поменялись. Её роль определилась. Наш враг скоро подступит к этим стенам, они могут использовать связь госпожи Мотидзуки с иными силами, чтобы установить перевес в свою пользу.

— Я ничего не понимаю.

— Город Атертон был захвачен. Ведьмы, отрёкшиеся от Богини, установили там свои порядки. Они уничтожают все проявления прогресса. Эбонхэбэн следующий. Падшие пилигримы и прочие неприятные персонажи на их стороне. На нашей — технологии. Но есть и такие достижения науки, которые они могут обернуть против нас. Акико Мотидзуки — их единственный шанс сделать это.

— Я подумал, — вступил босс Тёбэя, — что мне не придумать лучшего задания для тебя, Кенджи. Лояльность нашему клану, семье, будет доказана, если ты собственноручно покончишь со старой знакомой. Рику, Шиничи и Шинджи помогут тебе не сбиться с пути. У нас есть информация, где госпожа Мотидзуки вскоре появится. Напомни ей о себе, попрощайся и проводи... за грани жизни.

Эпизод 8: Там, где кружат тени

Мэр приказал убить её. С этим городом всё не так. Есть ли у него будущее?

Ведьмы придут из Атертона, разрушат фабрики, машины, остановят прогресс.

Эволюция общества, морали и человеческих ценностей завела во мрак, свободный от нравственности.

Кенджи, познавший все тяготы уличной жизни, как никто другой знал, что на самом деле в умах у праздных богачей, уличных мошенников, бездомных детей, проституток, всех остальных. И да, даже дети в омерзительном городе поражаются его ржой, от которой только одно лекарство.

Ведьмы, которых так страшится мэр Ямаока, могут принести избавление от безразличных, с чьего молчаливого согласия творится всё зло, унести в лету каменные лица прохожих, что дают сиротам умирать от голода, набивая собственную безразмерную утробу.

Кенджи в сопровождении троицы своих «братьев» ехал по улицам, привычно застеленным смогом. Эта гнусная дымка, очевидно, скрывает всю паршивость неровных мостовых и убогих камней, из которых они вымощены.