Песнь банши

Не нужно отходить от мисс Деано далеко, а то тут как–то слишком страшно. – От него какая–то энергетика странная исходит. Гайя, ты где? Иди сюда, если я тебя потеряю, то Лаэрт меня закопает. Ты же не хочешь, чтобы твоего любимого профессора прикопал рассерженный дракон? Мой муж такого не простит. Вам обоим. Да и свекор будет не в восторге.

– Хорошо, больше не буду уходить, – быстро кивнула я, подходя к девушке и пристраиваясь рядом с ней. От профессора такая волна заботы исходила, что мне с ней было невероятно комфортно, да и покидать ее приятное общество совершенно не хотелось.

– Да? – мне показалось, что Аваната даже удивилась от моего предложения. Ее губы дернулись в быстрой улыбке. – Отлично. Тогда приступай.

И орк как–то слишком сильно напрягся. Он весь подобрался и будто бы окаменел, ожидая моего вердикта. И это было слишком подозрительно.

Я осторожно подошла к мечу и едва ощутимо прикоснулась пальцами к железной рукояти, и меня словно молнией пронзило. В груди, словно дырку сделали, а в горле застрял ком. На глазах появились непрошенные слезы. Меня трясло, как от удара молнии. Разряд прошелся по всему телу, заставляя дергаться. Мои ноги подкосились и я с трудом осталась стоять. Сердце сбилось с ритма – раз, два, три. Это было похоже на сердечный приступ. Я видела обрывки проклятия, что навлекло беду на своего прошлого хозяина.

– Ава... меч проклят. Смертельное проклятие, – сдавленно прошептала я, сотрясаясь от пронзающей меня магии. Во мне было слишком много всего, и сила искала выход. – От него, – кивнула на торговца, и лишь в последнюю секунду увидела движение мужчины в мою сторону. Он отработанным движением выхватил кинжал из–за пояса своих брюк и приставил лезвие к моему горлу, слегка надавливая на нежную кожу.

Смертельные проклятия были под запретом.

Я даже закричать не успела. Да что там закричать, у меня не было времени даже вздохнуть, как лезвие уже оказалась в смертельной близости, предрекая скорую и болезненную погибель. Страх сковал тело, и я задрожала от холода, что поселился в душе. Мне еще никто не угрожал кинжалом. Сердце билось как ненормальное, я боялась двинуться и даже дышать.