Дочь Мороза

На миг покажи полотно, где я и всё что мне дано. Ключ, замок, даю навек зарок. Не рассказывать про явленное и не разрывать спряденное».

Весения быстро зашевелила губами, мысленно повторяя заговор и убедившись в том, что всё точно запомнила, уверенно кивнула наставнице:

– Надо будет попробовать. А то уж сильно мучает меня это.

– Понимаю, поэтому надеюсь, что всё это вызвано волнением. Всё же, ты так долго прожила в ледяном дворце, считай и мира людского не знаешь совсем. Немудрено запутаться.

– Спасибо ещё раз за науку и разговор.

Мне немного спокойнее стало.

– Я и сама тоскую по тебе, да только у каждого из нас своя доля. Тебе к князю ехать, а мне тут свой век коротать. Может ещё и свидимся, ежели отец твой смилостивится да отпустит меня к тебе.

В голосе векшицы прозвучала печаль, из-за чего улыбка на полных розовых губах отдавала горечью. Что-то её беспокоило, но задать прямой вопрос, Весения так и не решилась. Попрощавшись с наставницей, она выкинула сгнившее в один миг яблоко и спрятав зачарованное блюдо, растянулась на тёплых шкурах.

Закрыв глаза, она ещё раз постаралась просто выбросить из головы мысли о Гориславе, но вновь потерпела поражение. Это стало последней каплей. Странное, тянущее чувство, что давило на неё подобно тяжёлой земле, сама девушка видела простым отклонением, глупой ошибкой, вызванной замкнутым образом жизни. Ведь Горислав, стал для неё первым человеком со стороны.

К деревенским её особенно близко не подпускали, наёмники воспринимались как часть окружения.

Они были проявлением отцовской заботы, которая ощущалась колкой удавкой на шее. Поэтому Весении требовалось убедиться в том, что её чувства это просто глупая симпатия и ничего большего за ними нет. Она точно помнила, что никогда не встречала Горислава прежде.

Налив в деревянный таз для умывания немного воды, девушка уколола палец и произнесла заветные слова. Как только капля крови коснулась прозрачной поверхности, вода забурлила, а неведомая сила притянула её лицо, заставив окунуться.

Зажмурившись, Весения не сразу поняла, что её уже ничто не удерживает и открыв глаза, едва удержалась от удивлённого вздоха.

Пальцами она ощущала дерево, но перед глазами всё было так, будто не было никаких препятствий. Ни деревянной миски, ни палатки, ничего.

Опустив взгляд, она увидела множество нитей, идущих из центра груди. Одни нити были тонкими, другие толстыми, и одна из них, переплетённая с золотой, вела к Гориславу.