Катастрофа для Тёмного лорда

Она, собственно, и начала уборку с удаления паутины из-за врожденной панической нелюбви к паучьему брату. — Пожалуйста, только не это...

Мысль о продаже собственного тела перестала казаться такой пугающей. Паук вырос до размера кота и принялся выдавать огромные порции тончайших и прочных, как леска, нитей. Песель лениво крутил указательным пальцем, скатывая это сокровище в клубки. И лишь когда добытый материал целиком заполнил вместительную корзину для белья, паук вернул истинные размеры по новому щелчку пальцев Темного лорда.

— А ты говоришь “ отдыхаешь”, — укорил он, самодовольно наблюдая за испуганной до икоты Аленкой.

— Б-балку поправь… — прошептала она, внимательно наблюдая за пауком, торопливо улетающим подальше из покосившейся избушки — не то снова поймают и заставят вкалывать на благо темного дела.

— Что?..— Темный лорд притворился, будто не расслышал.

— Балку поправь! — гаркнула Аленка так, что еще несколько пауков решились на бегство. — Если уж такое тебе под силу, то починить домик труда не составит.

Скорчив скорбную моську, песель свалил с дивана. Видимо, поняв, что отдохнуть и подумать над будущим ему тут точно не дадут. Уже возле двери он обернулся: Аленка топнула ногой, многозначительно указав на потолок.

— И далась тебе эта балка… — вздохнул Песий лорд.

Но потолок починил, также, как пол и крышу. К тому же заменил оконные рамы и подправил полуразрушенную печь.

Пауков и их сети трогать не стал, предоставив это дело Аленке.

Глава 11

Ближе к полуночи Аленка проснулась от дикого скрежета и шума, от которого закладывало уши. Казалось, будто на крышу приземлился вертолет — вон, и балка снова покосилась. Аленка протянула дрожащую руку к зажженной свече, что оставила рядом с кроватью.Приподняла огонек повыше и осветила довольно улыбающуюся физиономию Темного лорда.

Он стоял перед диваном во всей своей темнолордовой красе, с рассыпавшимися по широким плечам белыми волосами и дьявольской улыбкой на чувственных губах. Конечно же, он снова был обнажен. И, судя по взгляду, которым он одарил Аленку, был непротив помочь ей распрощаться с девственностью.

Шум повторился, на это раз “вертолет” опустился уже возле двери и побарабанил по ней чем-то тяжелым, вроде кувалды.