Во власти времени и эльфов

Но эльфийка была опытным воином и знала цену беспечности, поэтому открыла точно такую же, только в свою спальню и спряталась от соблазна в темноте помещения.

***

Душная ночь мучила молодого медиума. Сегодня он страдал больше обычного: кожа горела огнём, словно кто-то изощрённо его пытал, и он метался без возможности что-то изменить.

С трудом сев в кровати, Ару упёрся руками в мятые сырые простыни. Его качало из стороны в сторону от переизбытка магии. Собрав остатки сил и разума, маг смог схватить одной рукой медальон, который носил последние несколько лет, не снимая, на тонкой зачарованной цепочке на шее.

Закончив, молодой человек со стоном упал на кровать: его тут же скрутила боль. В голове носились тысячи образов, обрывков разных событий. Когда сил терпеть больше не оставалось, раздался протяжный стон. Дар уничтожал хозяина, требовал большего магического резерва.

Одноразовый переход работал слишком громко, больно ударив по нервам.

Ещё один стон вырвался из его сдавленного горла, и мага затошнило от боли.

— Ару! — прохладные руки оказались на лице. — Сейчас, потерпи совсем немного. Выпей.

Горькая жижа полилась в рот, а боль медленно уходила.

Варим села рядом и переложила голову парня себе на колени. Она медленно гладила его по светлым волосам и что-то тихо напивала. От звука её голоса становилось легче. В голове у медиума замедлился хаос, звуки перестали резать слух.

— Ты быстро, — хриплый голос был еле слышен.

— Не смешно. Чем был вызван приступ?

Знахарка взирала на своего своенравного пациента с тревогой и опаской. Случившийся приступ оставил приличный отпечаток в ауре медиума. Его резерв явно переполнился, и магия в любой момент могла всколыхнуть окружающий мир.

— Не знаю, сегодня это началось спонтанно, без особых условий. Может, мне уже поглотителя нанять? Что скажешь? — В уставшем взгляде виднелась усталость и стремление скрыть плачевное состояние.

— Ты работаешь на корону, только если из штата кого-то попросить, — в тон ему ответила девушка.

— Присмотрю себе кого симпатичнее, а то я совсем закис.

Лёгкая улыбка и облегчение на лице молодого мужчины порадовали ночную гостью.

В такие моменты лучшим способом сгладить ситуацию друзья считали юмор. Приступы мучили прорицателя, заставляя чувствовать себя жалким и зависимым. Повлиять на формирование дара он не мог — как и никто другой.