Волчье золото 2

Что греха таить, даже психологически она прекрасно справляется. Но она привыкла к определенному образу жизни. И теперь ничего не изменилось. Раньше в центре угла стояли приказы и страх. Теперь там стоите вы. Любовь, разумеется, прекрасное чувство, но она не должна жить лишь вами.

– Почему нет? – Влад оперся на подоконник. Сложил на груди руки. – Я люблю её. Если она хочет быть рядом, разве это плохо?

– Верю. Вижу, что любите. Но хотите я расскажу вам, что будет? – Алевтина могла прочитать, что Влад прекрасно всё осознает, но взяла своим долгом пояснить вслух.

– Нельзя жить только другим человеком. Сначала начнется тревожность. Она перестанет спать. Станет подозрительной. Начнет изводить вас ревностью. Вам в какой-то момент надоедят её истерики, и вы уйдете, а она потеряет смысл жизни.

– Я бы никогда…

– Нет, разумеется. Но если вы хотите видеть её веселой и счастливой, позвольте ей стать полноценной. Узнать, что ей нравится, выбрать профессию. Хобби, в конце концов. Или вы думаете, что, изменившись, она захочет и другого мужчину?

Влад бросил быстрый предупреждающий взгляд на чтеца.

– Подумайте, что для вас важнее. – Женщина ушла. И они оба понимали, что выберет Влад.

Остановившись рядом с домом, княжич уселся на крылечке. Где-то в кустах стрекотали кузнечики. Лето в этом году замечательное. Завтра. Уже завтра он отправит свое золотце в другой город, к её семье. Как долго они не увидятся?

Влад тряхнул головой, выкидывая лишние мысли. Поднялся на ноги. Не имеет значения сколько ему придется ждать.

Она только его золотце! К тому же никто не запрещал им общаться или иногда приезжать в гости. В любом случае, он уже решил, что именно эта девушка и есть та самая – его тихое счастье. Только его. А северные князья своего не отдают.

Эпилог.

Утро не предвещало беды. Несмотря на то, что проснулась я с тяжелой головой. Открыв глаза еще десять минут тупо пялилась в потолок. Воспоминания, что открыл для меня царевич, плотно устроились. Если сначала казалось, что в меня хлынул поток форм и образов, то теперь эти картинки плавно текли в мыслях.

Первым делом вспомнились родители. Как мы жили вместе. Их лица и голоса. Всё чему они меня учили и в какие игры мы играли. Каждый прожитый с ними день.

Я бы наверняка заплакала, но заметила еще одну странность. Воспоминания о родных теплые, но не терзали душу. Да и остальные фрагменты, с днем убийства, пленом и лабораторией уже не вызывали такой жгучей боли. Словно я посмотрела очень грустный фильм.