Ректор и 13-я студентка Глазовской Академии магии. Книга первая

А она уже и в магии стихий преуспела, и в боевой магии быстро осваивалась. За три часа прошла месячный курс. А четвертый час грустила.

И дело не только в том, что куратор у нее маг высокого уровня, но еще и в ее упорстве. Она не успокоилась, пока не научилась хорошо заклинания отбивать.

Принц встал, чтобы заварить чай, сделал так же, как делала она, но получилось скверно. Ведьмочка.

Мирослава.

Называешь ее по имени, и в горле немного щекочет. И хочется улыбаться.

Заживление ноги шло быстро, полноценно. Она сама себя неплохо исцеляла.

Когда Принц стал разглядывать лежащие на столе шахмачи, вернулся ректор. Выглядел он более адекватно. Читать Рихтера эмпат не мог, на нем стоял экран, - способность и одновременно привилегия сильных магов, которые обычно прятали от других не только свои эмоции и мысли, но и магические таланты.

Рихтер налил себе кофе, сел рядом.

- Милорд, не желаете ли партию в шахмачи? – на свое предложение Принц получил кивок согласия.

На другом конце страны, под бескрайним небом, расчерченным всполохами северного сияния, профессор Лакомб готовился к серьезному разговору. Он поправил шарфик в полоску, сильнее натянул меховую шапку – на улице было минус тридцать два – и направился к профессору Андерсон. Шарли, так про себя он называл коллегу, общалась с шаманами, разговор был для нее очень интересным – глаза горят, активно жестикулирует. Прелесть.

- Мисс Шарлотта, можно вас на минутку, - произнес он.

- Конечно, - профессор отошла, смотрит внимательно.

- Мисс Шарлотта, мы с вами знакомы уже долгое время, - начал он.

Та кивнула. С этого ракурса она выглядела загадочной, таких женщин можно разгадывать всю жизнь, получая удовольствие от процесса познания.

- Мне бы хотелось предложить вам… - он не закончил. Среди студентов началось какое-то неконтролируемое движение, а Шарли молниеносно вычислила источник волнения и кинулась к Олианне.

Сон, навалившись на глаза, не желал отпускать Миру.

- Милорд, это недопустимый ход, - говорил юноша.

- Почему? – Невозмутимо отвечал ректор, - фигуры сдвинулись.

Мира открыла глаза. Ректор и студент играли. Тело девушка налилось тяжестью от жара, она с трудом смогла поднять руку, чтобы сбросить с себя плед. Полежала еще немного. Села. Свесила ноги с дивана. Тело плохо слушалось, волосы соломой свисали на плечи.