Дар Тёмного Ангела

Девушка понимала, что любое резкое движение или крик могут спровоцировать рысь на нападение. Сейчас зверь сыт, а без нужды в животном мире не нападают даже хищники. «Уходи! Умоляю тебя, уходи»! Марина с отчаянной надеждой поглядела на зверя, пусть рысь развернётся и исчезнет среди деревьев! Но хищник медлил, казалось, действительно думал, как поступить.

 Время тянулось невыносимо долго. И судьба, в конце концов, смилостивилась над Мариной. Рысь зевнула, неторопливо потянулась и ушла прочь. Похоже, девушка не показалась ей ни опасной, ни особенно вкусной, кроме того, хищник недавно плотно поужинал.

 Марина вздохнула с облегчением. Последние минуты она не забудет до конца жизни, если, конечно, останется жива. От нервного возбуждения девушку била дрожь. Сделалось невыносимо холодно, руки и ноги отказывались слушаться. Немного переждать, чтобы убедиться, что рысь действительно ушла и идти, обязательно идти! Не то, стоя неподвижно, можно превратиться в замороженную статую.

 Позади раздался шорох, хрустнула ветка. Марина быстро прижалась к ели и замерла. 

– Не бойтесь! – спокойно и несколько властно произнёс незнакомый мужской голос. 

Марина обернулась и увидела молодого мужчину в короткой дублёнке и высоких сапогах, неспешно скользившего на широких, охотничьих лыжах. На плече незнакомца висело ружьё, а за спиной – рюкзак. Охотник. Стройная, подтянутая фигура. Быстрые и лёгкие, как у хищника движения. 

 Мужчина приблизился к Марине почти вплотную, и девушка смогла хорошо его разглядеть.

 В свою очередь внимательные глаза незнакомца с любопытством изучали Марину. Он улыбался, демонстрируя великолепные, словно в рекламе зубной пасты зубы.

– Храбрая девочка, – одобрительно проговорил охотник негромким, глуховатым баритоном. – Радует, что не растерялись, склонности к истерике, полагаю, у вас точно нет, – констатировал незнакомец, продолжая бесцеремонно рассматривать девушку. – Должен заметить, поведение для избалованной цивилизацией горожанки на редкость разумное и осторожное. 

– Я испугалась, – проговорила Марина, комок обиды подкатил к горлу.