Падшая в академии. Крылья для беглянки

— По поводу? — прищурил глаза Никос.

— Картина. Ты так её разглядывал, думала, дырку просмотришь, — я сняла блюдо с тарелки.

Заклинание стазиса развеялось, от жареного мяса с овощами поднялся ароматный пар.

— Это реплика картины Цезария, но выполнена искусно.

— О, ты в этом разбираешься?

— Я неравнодушен к произведениям искусства, — ответил он уклончиво, аккуратно отщипывая ягоду с кисти.

Двигался неторопливо, даже изящно, но не с налётом женственности, а скорее экономно и выверенно. Пальцы чуткие, длинные, с характерными для мечников мозолями.

— Ты сам рисуешь?

— Редко. Предпочитаю скульптуру.

— Тяжело, наверное, тебе было в академии. Девчонкой не дразнили?

— Я ещё играл на арфе. Дразнили, — на этот раз он улыбнулся широко. — Теперь недруги видят меня в пантеоне и предпочитают не попадаться мне на глаза.

— Меня тоже дразнили, потому что видели во мне обычного человека. Но в программу по обмену попала я, а не они.

— Похвально, — кивнул он, и взгляд его смягчился.

Странно, но после этого разговора мне стало легче: Никос уже не казался врагом номер два. Номер один, само собой, закрепил за собой Дорос. Так что я в спокойствии поела, иногда перекидываясь с легатом ничего не значащими фразами. Действительно расслабилась и набила живот. Хотела бы и поспать, но это уже явно не сегодня: Никос сообщил, что нам пора на собрание.

Снова накатило волнение, но я старалась его не демонстрировать, тем более было на чём сосредоточиться.

Никос ввёл меня в обширный круглый зал с купольным потолком и высокими витражными окнами. Король восседал на белокаменном троне. Теперь он не казался добрым стариком. Поджарое для его возраста тело обхватывал доспех с мощными наплечниками. В распущенных седых волосах терялись грани золотого венца. Напротив него полукругом расположились тринадцать кресел, которые занимали легаты в одинаковых доспехах.

— Не забудь поклониться, — шепнул мне рыжеволосый. — Твоё место рядом с королём.

Возле трона действительно ожидало кресло. Стало как-то не по себе, и я сама не заметила, как прижалась к руке своего провожатого.

— Тирос к тебе расположен, ты зря боишься, — его пальцы мимолётно сжали моё запястье.

— Пристаёшь к моей девушке? — раздался насмешливый голос Дороса.