Союз стихий

В темноте сразу и не разберешь, − мужчина явно издевался. − Тогда я, пожалуй, буду звать тебя белокурым, раз уж ты будто девица зациклен на цвете своих волос.

− Зови, как хочешь, − Джеймс махнул рукой. — Мы долго не протянем, а пару дней я потерплю.

− Лично я не намерен умирать, − ответил мужчина. − У меня куча планов. Кто их выполнит, если меня лишат головы?

− Лишат головы? Не много ли чести? Скорее уж повесят или четвертуют зевакам на забаву.

− Говори за себя. Меня в этой убогой деревеньке не тронут.

Нет полномочий, − мужчина сел, стряхнув с одежды сено. − Меня отправят в столицу для суда. Не сомневайся, я туда не доеду.

− Куда ты денешься?

− Сбегу, − сказал он спокойно, словно проделывал это не раз. − В дороге масса шансов для побега. Не то, что в этом клоповнике.

Мужчина с досадой пнул ближайшую стену, как будто она виновна в его несчастьях.

− Как тебя зовут? − спросил он.

− Джеймс.

− За что сцапали?

− Подозревают в сговоре со снежными.

− Серьезное обвинение, − кивнул мужчина и представился: − Элай. Я здесь по обвинению в нападении на экипаж купца.

− Ты его совершил? − поинтересовался Джеймс.

− Как и множество других, − ответил Элай. − Я из тех, кто добывает пропитание собственным трудом.

− Ты называешь грабеж трудом?

− Каждый зарабатывает, как может, − пожал плечами Элай.

Джеймс не нашелся, что ответить. Он всегда выступал за честную жизнь и куда это его привело? Односельчанам нет дела: виноват он или нет.

Они жаждут мести, а он под руку подвернулся.

Элай откинулся на спину, вытянул ноги и скрестил руки на груди. Он точно лежал не в стогу отсыревшего сена, а на шелковых простынях. Джеймс в отличие от него не мог расслабиться. Он размышлял над тем, какой приговор его ждет. Будет ли суд? Выступит ли кто-нибудь в его защиту?

Хорошо, мама не дожила до этого дня. Не увидит его мучений.

При воспоминании о матери сдавило сердце. Некому зажечь погребальный костер в ее честь, чтобы он освятил ей путь в мрачный шатер Вела − бога мертвых − на вечный пир. Эта мысль терзала душу Джеймса сильнее, чем страх за свою жизнь.

ГЛАВА 4 - Дочь владыки

В то время, пока Джеймс и его сокамерник томились в темнице, а Аурика Прекрасная готовилась к отъезду, в зале тринадцати в главном дворце столицы Эльфантины заседал совет двуполярного мира.