Союз стихий

— Мало ли кто мне нравится, — махнул рукой Валум. — Моя первейшая обязанность – заботиться о столице. Личные симпатии не в счет. Я его казню, не сомневайся.

Дейдра сглотнула:

— Я вернусь.

— Для Джеймса будет лучше, если это правда, — кивнул первый магистр.

Едва Дейдра вышла из шатра, к ней приблизился Джеймс и попросил пересказать разговор с Валумом. Она несла какую-то чушь, придуманную на ходу. Он так восторгался первым магистром. Она не рискнула его разочаровать. Глупые сантименты.

На подготовку отвели несколько часов. Командирам было приказано во всем им помогать. Но вместо заточки меча, Джеймс молился. Не богу войны, как можно предположить, а богу смерти – мрачному Велу. Он просил Вела не забирать его сегодня в свой шатер. Ведь его жизнь только наладилась.

Дейдра застала его стоящим с ладонями, прижатыми к лицу.

— Что ты делаешь?

— Молюсь. У вас это не принято? Снежные не почитают богов?

— У нас нет богов. Мы никому не поклоняемся.

— Для этого вы слишком свободолюбивы, — кивнул Джеймс. — Но кого-то вы все-таки просите о заступничестве?

— Пращуров. После смерти душа морейца отлетает на луну, где покоится на снежных холмах.

— Откуда на луне снег? — удивился Джеймс.

— Приглядись к ней, — Дейдра откинула полог палатки. — Она белая. Что это, если не снег?

Диск луны казался погребенным под снегом. Джеймс, любуясь ночным светилом, искренне надеялся, что этой ночью душа Дейдры не присоединится к пращурам.

…К снежным пробирались тайком. Спустились с восточной стороны холма, обогнули поле сражения и вошли в лес на несколько километров левее лагеря морейцев. Дейдра двигалась бесшумно, чего нельзя было сказать о Джеймсе. Он то и дело увязал в снегу, ветви били его по лицу, а кусты цеплялись за одежду. Лес как будто не пускал его.

Правая нога в очередной раз ушла под снег, и Джеймс остановился:

— Снежные сразу поймут, что я не один из вас.

— Естественно.

Он от такого заявления даже ногу из снега перестал тянуть:

— Ты с самого начала это знала?

— Да, — кивнула девушка. — Но не бойся, среди моего народа много таких, как ты.

— Полукровок?

— Они сами проходят к нам, потому что ваш мир их не принимает. Просят у нас приюта и дозволения остаться. Мы никого не гоним.

— Так значит, и я могу…, — Джеймс недоговорил, испугавшись, что сказанное можно расценить как измену.