Предсказание для проклятого ректора

— девушка запнулась, почему-то взглянула на Табиту, словно искала у неё поддержки, а потом уверенно закончила фразу: — Я обучалась на дому, но мои учителя перестарались. Я сдала экзамены и меня сразу определили на второй курс.

Эта версия показалась мне сомнительной. Хотя бы потому, что откуда у девушки с простой фамилией «Дан» деньги на таких хороших учителей? Хотя, возможно, она — дочь богатого торговца. Правда, те не особенно жаловали Факультет предсказаний, больше предпочитали экономическое образование или более приземлённые профессии, которые пригодятся их детям, когда те унаследуют бизнес отцов.

Уточнять не стала. На завтрак отводилось не так много времени, поэтому болтать больше было некогда.

Странным образом все четверо мы закончили завтракать одновременно и все вместе явились на лекцию по основам демонологии.

* * *

Наша четвёрка привлекла внимание. Ещё в столовой в нашу сторону бросали надменные взгляды и хихикали «невесты». Мужская часть факультета переняла эстафету, когда мы вошли в аудиторию.

— Эй, невеста! — крикнул кто-то с верхнего ряда. — Перчатки потеряла в аудитории?

— Ещё в прошлом году, видимо, — ответил второй юноша, и раздалось дружное гоготание.

Надо отдать Табите должное, она молча прошла вместе с нами и села во второй ряд.

Не успели мы достать учебники и тетради, как мне в затылок прилетел комок мятой бумаги. Терпение подходило к концу, и я обернулась в поисках смертника, рискнувшего задевать меня в этот и без того паршивый день.

Он даже не скрывался. Лайон Верт радостно помахал мне рукой и громко объявил:

— Прости, Грир.

Табита сжала зубы, но всё-таки обернулась.

— Чего тебе?

— Слышь, сан Риэл. Раз ты не нужна лордам, я так и быть согласен взять тебя в жёны! Пойдёшь?

— Лучше в Реохт прогуляюсь, — хмуро ответила Табита, но её слова утонули в грубом, мужском хохоте.

— Заткнись, придурок! — Клэр внезапно вскочила со своего места и метко запульнула в Верта сразу три бумажных шарика, один за другим. Все три снаряда метко попали прямо в его самодовольную рожу.

— Слушайте все сюда! Женщина с любой приставкой к фамилии имеет право учиться, ясно вам?! Мы терпели ваши насмешки на первом курсе, но теперь всё! Мы не глупее вас, мы ходим на те же лекции, сдаём те же экзамены. Вы ничем не лучше, ясно?

С верхних рядов посыпались мужские шуточки в стиле «женщина, твоё место на кухне», «день Святой Валенсии[2] ещё нескоро» и «лучше бы детей рожали».

Правда недолго музыка играла.