Гаджо с Меловых холмов

– А что, если на этот раз она явится в Самадж вместо тебя, и об этом даже предупредить будет некому?

Я с трудом удержалась, чтобы не заскулить.

- Умеешь поддержать боевой дух, - невыразительно заметила я. – Хвалю.

- Главное, что не споришь, - повеселел ваандарар.

Я глянула на него снизу вверх и философски пожала плечами.

В конце концов, есть что-то непреодолимо притягательное в том, чтобы запереть в железной клетке трех мужиков с одним ломом. Особенно если они перед этим честно перли за город и клетку, и лом… и даже если они сами видят что-то непреодолимо притягательное в том, чтобы посреди ночи ввалиться в спальню выпускниц за этой самой клеткой.

Всю дорогу до городских ворот Флат-Плейса лорд асессор давился смехом – видимо, просто от осознания ситуации. Чирикло ржал в открытую, а уж непередаваемые выражения лиц стражников, поднятых столь специфичной компанией во имя крестного хода с клеткой, его и вовсе подкосили, и договариваться о праве мирно выйти из сего вертепа пришлось Константу, которому смешно не было вообще.

Поразительно, что способна сотворить с чувством юмора одна маленькая лисичка!

Чучело, к слову, тоже веселилось. Секретарь это будто тоже чуял – и, подозреваю, физиономия у него была такая же кислая, как и у меня.

- Ну, выбирай место, - щедро предложил Чирикло и поерзал, поудобнее устраивая свой угол клетки на плече.

Я неопределенно хмыкнула. Флат-Плейс кольцом охватывал круг здоровенных менгиров, а снаружи город оцеплял ряд подозрительно одинаковых холмов.

Выбирать место среди могильных курганов, чтобы совершить самоубийственное гадание, - в этом было что-то даже более ироничное, чем заставлять мужчин тащить клетку, в которой их запрут. Мне потребовалось недюжинное усилие воли, чтобы оставить при себе комментарии по этому поводу и указать на округлый холм в стороне от ворот.

Констант прикинул расстояние, с тоской оглянулся на ворота – и стоически потащил свою ношу дальше, вынуждая Чирикло и Рино следовать за ним. Лисица в клетке чувствовала себя виранийским придворным и поглядывала на всех свысока, вольготно разложив хвост на подушках.