Гаджо с Меловых холмов

Секретарь тяжело вздохнул и загремел замком. Я перебрала в уме запас ругательств, связанных с умственной неполноценностью, и с прискорбием пришла к выводу, что с такой степенью мне сталкиваться еще не доводилось.

Тело тем временем, не отрывая взгляда от Константа, разматывало свеженькую повязку. Нижний слой бинтов успел подсохнуть, и одержимый безжалостно его оторвал. Кровь выступила снова, но я по-прежнему ничего не чувствовала.

У Константа дрожали руки, и замок с грохотом упал на пол. Дверца клетки приоткрылась сама собой.

Одержимый радостно зашипел, сунул окровавленную руку внутрь и проворно сграбастал секретаря за запястье, отпечатывая на его коже тории. И тут же, без промедления, вынырнул из меня, щеря нематериальные зубы.

Я вдруг оказалась в клубке непередаваемых ощущений: облегчение в голове, восхитительно свободное дыхание, прохладный ветерок, мельтешение цветных пятен перед глазами, безумная боль в обеих руках – в каждой своя – и внезапно подгибающиеся ноги.

Падая, я еще успела увидеть, как одержимый целеустремленно летит к Константу.

И даже подумать, что капари мне все-таки испортили.

Глава 18. Безбашенный

Рядом кто-то ходил.

Из одного угла комнаты – в другой, к двери, обратно. Шаги остановились возле меня, зашуршала одежда, и кто-то обреченно выругался по-ирейски касательно отсталого мира и дефицита антисептиков.

Потом меня взяли за руку и влажно прижались губами к кровоточащим порезам.

Я шарахнулась прежде, чем открыла глаза и начала соображать, что происходит, в слепой панике отползая прочь и оставляя на полу бурые следы – по счастью, смазанные.

Тело Константа осталось сидеть на месте, наглядно иллюстрируя бородатый пошлый анекдот: «Я кого-то убил. И съел!»

В руках он держал бинт.

- Спокойно, - сказал он вибрирующе низким голосом и отвел взгляд.

Я запоздало спохватилась и запахнула безнадежно испорченный капари. Прядка из распустившейся прически настойчиво лезла в рот, и я машинально попыталась ее сдуть, но сделала только хуже.

- А у меня есть причины для спокойствия?

- Смею надеяться, - отозвался он и кивком указал на клетку.

Лисица злобно ощерилась из-за решетки, вздыбив шерсть.

Я сначала уронила челюсть, а уж потом поняла, что сообразить можно было и раньше: полиглотом одержимый не казался, да и откуда ему знать про антисептики?

- Но как вы?..

- Магический щит, - белозубо улыбнулся Констант. – А потом, гм, лом.