Вестница

Чувствуя прилив сил из-за хорошо выполненной работы, Ларс вырвался из лаборатории. В кои-то веки ему было с кем разделить собственный успех. Интересно, вестница удивится?

Приятное течение мыслей было прервано чужим появлением на пороге его собственных комнат, куда Ларс только успел войти.

— Наконец-то! — Оленна кошкой бросилась к нему. — Я начала сомневаться, живой ли ты там? Выглядишь бледным.

Она потянулась рукой к его щеке, но Ларс не позволил ей себя коснуться. Присутствие девушки показалось навязчивым, чего он терпеть не мог.

Наличие чужих людей в своей жизни он строго дозировал. Любовница точно была из «чужих». Круг «своих» у Ларса был ограничен.

Она до сих пор в этом доме, потому что он не нашел время для «серьезного» разговора, конец которого можно предсказать заранее.

— Я могу о себе позаботиться, — бросил Ларс холодно. Серо-зеленые глаза стали абсолютно непроницаемы.

— Конечно, я просто беспокоюсь о тебе, — заговорила она быстро. — Эти твои непонятные увлечения магией…

— Оленна.

Она вздрогнула от его голоса. Экранируя эмпатию, Ларс еле слышал ее эмоции. Из-за одного лишь его тона, они все смешались.

— Не рассуждай о том, о чем не имеешь ни малейшего представления.

Девушка смотрела на хозяина дома с опаской, ощущая, что за тихо сказанными словами кроется слишком многое.

— Ты ведь не рассказываешь, — сегодня она была безрассуднее обычного. В ней давно зрело желание узнать правду. Ведь она прекрасно понимала, что пока Ларс ей не откроется, ее положение в жизни аристократа не изменится.

— Я и не расскажу, — с ледяной усмешкой произнес маг.

— Ларс! Я…

Он молниеносным движением прихватил ее за подбородок, чуть приподнял голову, не позволяя избегать своего взгляда. Оленна напряглась всем телом. Ларс не причинял ей боли, просто отчего-то она не могла двигаться, пригвожденная к месту тяжелым взором мужчины, которого, как ей казалось, она успела неплохо изучить.

Оленна понятия не имела, чем он занимается на самом деле.

Ей это было неважно, она считала, что разберется потом, когда подберется куда ближе, чем постель. По очевидным причинам ее положение в обществе было далеко от почетного. Но ее стал утомлять шепоток за спиной, содержащий в себе насмешку. Ей постоянно повторяли, что она выбрала не того. Ларс ван дер Саарк не был героем каких-то невероятных историй, которыми порой так гордились богатые аристократы, но лишь потому, что он сам ни о чем не рассказывал.