Вестница

По всей видимости, служителям закона не нравилось то, сколько работы на них из-за этого свалилось.

К тому времени, когда Ларс вместе с вестницей вернулись в больницу, Ятон уже был на операции. Керих тяжело вздыхал о своих драгоценных инструментах, которые пришлось отдать. Они не прошли долженствующую закалку, поэтому при всей своей эффективности могут быть использованы лишь раз. Ему придется воссоздавать их заново. За понесенный ущерб он потребовал со своего мастера дополнительную выплату, но Ларс был безжалостен и неумолим и отказал ему.

Подмастерье обиделся, пробормотал, что на свою свадьбу он кого-то не пригласит и, попросив сообщить ему, когда все будет хорошо, ушел.

Через пару часов лекари рассказали Мелте, что эфир извлечен, и Ятону опасность от него не угрожает. С ним все еще оставалась та проклятая магия, главный его недуг, но Ларс знал о том, что он крайне близок к созданию эфира, который избавит друга от боли навсегда. Так как лекарь довольно быстро пришел в себя, Ларс не стал медлить с рассказом.

Ятон и Мелта слушали его, испытывая неподдельный трепет. Никто из них и представить не мог, что столь близкий их семье человек замышляет нечто настолько ужасное. После того как они осознали весь ужас произошедшего, они наконец поняли и то, что Ларс спас их обоих и избавил от предателя. Пришел черед долгих благодарностей, которые напугали мага не на шутку, и он покинул взволнованную супружескую чету так быстро, будто это они были его врагами. Вестница лишь посмеивалась над ним, пока они возвращались домой.

— Знаешь, я обвиню тебя во лжи, — произнесла вдруг Ашара, когда они оказались в уютном полумраке каминного зала, где можно было себя чувствовать в полной безопасности.

— Я никогда тебе не лгал, — напрягся Ларс, стараясь как следует припомнить все те события, что они пережили с тех пор, как встретились. Оказалось, что их было достаточно много, но он не помнил ни секунды, когда бы между ними звучала ложь.

— Ты говорил, что просто торговец магией, — Ашара, улыбаясь, взяла его за руку и усадила рядом с собой.

— А по факту спасаешь барышень от злодеев, стараешься излечить друга от болезни, снабжаешь армию эфирами, и, совершая все это, на самом деле служишь королеве, чтобы ты там ни говорил. Выходит, ты почти герой.

Она умудрилась озвучить это так, что и правда очень походило на подвиги. Но Ларс решил проявить упрямство, в конце концов он не должен так просто сдаваться из-за невероятного взгляда фиолетовых глаз.

— Я не герой.