Вестница

Страх от догадки, к чему ведет разговор. Предвкушение, рождавшееся из понимания того, что он сможет появиться перед своими бывшими хозяевами с новыми силами.

Он уже не трус, каким был раньше.

В любое другое время Ларс бы нашел иной способ передать сообщение или же придумал, как защитить мальчишку, который направится прямиком в пасть льва. Но сейчас он действовал точно так же, как во время схваток. Он отдавал команды, и все вокруг должны были их четко выполнять. В таком случае исход битвы он мог предсказать заранее.

— Приди к ним и скажи, что у тебя сообщение от меня. После того как назовешь мое имя, можешь уже ничего не бояться, они тебя не тронут. Передашь записку и просто уходи. После того как все исполнишь, лучше всего забудь о произошедшем и начни новую жизнь.

Бертена поразило то, как легко и спокойно маг говорит обо всем. Юноша сжимал клочок бумаги в пальцах, и ему казалось, что тонкий лист прожигает их насквозь. Он не станет туда заглядывать. Он и без этого понимал, что написанные там слова приведут к буре.

— Как же вы… один…

Ларс тихо рассмеялся. Юноша выглядел испуганным и был полностью сбит с толку.

— В этом вся суть, Бертен. Они могли преступать закон или обманывать хоть все королевство, но они умудрились наступить мне на хвост. А в этой стране всего лишь два человека, которые сметают все на своем пути, если кто-то нарушает спокойный и мирный уклад их жизни. Королева и я. Точнее, я и королева.

Такая речь вызвала у мальчишки оторопь.

— Не думай ни о чем, — посоветовал ему Ларс, — сделай то, что я тебе сказал, и исчезни.

Бертен поклонился ему и быстро выбрался из кареты. Он должен передать сообщение как можно скорее, после чего ему действительно стоит исчезнуть, если он не хочет оказаться на поле битвы, где станут сражаться настоящие монстры. Даже то, что он решил для себя не быть больше трусом в этой жизни никогда, не помогало унять дрожь.

Ларс вернулся к себе. Он не чувствовал ничего. Так бывало всякий раз, когда он знал, что очень скоро будет решаться судьба. Ни перед одной своей схваткой он не нервничал, не изводил себя тяжелыми думами и не пытался угадать свое будущее. Он контролировал каждый свой шаг и знал, к чему все приведет.