Вестница

— Мой друг посоветовал мне оставить все как есть, когда я получил этот дом. Сказал, что место настолько похоже на дом с приведениями из страшной сказки, что ни в коем случае нельзя разрушать это впечатление.

— Приведений не обещаю, но призраков призвать могу, — развеселилась вестница.

— В следующий раз, может быть, так и сделаем, — пообещал ей Ларс, распахивая тяжелые и массивные центральные двери.

Ашара осторожно переступила довольно высокий порог, вглядываясь в полумрак. После солнца, что заливало весь мир снаружи, в особняке царила настоящая тьма.

— Чей это дом?

— Теперь мой. Раньше принадлежал Гиванду дер Немарку.

— Вице-канцлеру?! — подскочила на месте вестница.

— Вице-канцлеру, — спокойно ответил Ларс, беря ее за руку и ведя вслед за собой вглубь дома. — Он отдал мне дом в обмен на один эфир.

— Что же это за предмет такой был? — скептически произнесла Ашара. — Разве что ты его слепой глаз вылечил, но говорят, что никакая магия в мире не… Черт, Ларс!

Он расхохотался.

Вестница фыркнула и что-то пробормотала себе под нос.

Они вышли за пределы коридора, в котором не было ничего кроме темноты и холода, внушавших неприятную настороженность. За новыми дверьми предстал настоящий дом. Красивый, просторный, чистый и живой. Черно-серыми стрижами тут и там мелькали слуги, приводя все в идеальный порядок.

— Никакое приличное привидение не стало бы жить в такой безупречной обстановке, — вынесла вердикт Ашара, жадно глазея по сторонам.

На полу были расстелены роскошные ковры, заглушавшие всякие шаги, над головой висели хрустальные люстры. В зале, в котором они оказались, все было обустроено для удобства гостей, проделавших долгий путь. Здесь же при входе располагался стол, на котором аккуратными рядами лежали белые безликие маски.

— Зачем? — спросила Ашара, выразительно глядя на них.

— Кому-то важно сохранять инкогнито, — ответил Ларс.

Вестница взяла одну из масок и надела. Маг смотрел на нее вопросительно.

— Не хочу, чтобы завтра весь город обсуждал меня, — произнесла она.

Маг пожал плечами и продолжил обход особняка. Дом оказался нежилым. Большинство залов были заперты, третий этаж и вовсе не использовался. На втором была обустроена комната ожидания, двери из которой вели в бывший бальный зал.