Нефилим. Том 1. Начало

Я этого эпизода даже не помню! И никто бы не вспомнил, но теперь, благодаря фотографу, снимок со мной маленькой и задорно растекающейся у моих ног лужей украшает наше семейное древо! Серьезно, в нашем доме в Скалее есть целая стена, увешанная фотографиями. И моя занимает почетное место в самом центре, между снимком с маминого выпускного и фото из роддома, где бабушка и дедушка держат на руках маленького Джио.

– Интересные в вашей семье традиции, – все еще посмеиваясь, заметил Блейк.

– Ты себе даже не представляешь, – покачала я головой, потому что о порядках в нашем семействе действительно лучше было не распространяться.

– И как? – с улыбкой спросил нефилим. – Мир увидел твою минуту позора, увековеченную на пленке?

– Нет, – цокнула я языком. – Я прогнулась под тяжестью весомых аргументов и пошла репетировать.

– Полену тоже нужно репетировать? – выгнул бровь мужчина.

– Я же сказала, режиссером была моя сестра, а она даже пыль заставит репетировать!

– Требовательность – это не так уж и плохо, – вдруг выдал Блейк, перестав улыбаться.

Я несколько секунд молча переваливала услышанное, а после ответила:

– Наверное. Но только до тех пор, пока тебя не утянет в воронку безумия человека, одержимого ответственностью.

– Ты не такая? – словно между делом поинтересовался Блейк, засовывая свои записи обратно под пальто.

Я отвела взгляд и задумалась.

А действительно, какая я?

То, что мы с сестрой отличались, как черное и белое уже давно не было для меня секретом.

– Я ответственная, но избирательно, – наконец, ответила я.

– Это как?

– Это когда ты выбираешь что-то одно, за что ты ответственен, и плюешь на всё остальное!

Блейк странно улыбнулся, куда-то себе в щетину.

– Что? – напряглась я.

– Ничего, просто ты напомнила мне кое-кого. Одну девушку. Она тоже мыслила очень радикально, выходя за рамки предложенного.

– Радикально, – повторила я, словно пробуя это слово на вкус, одновременно задумавшись, что это была за девушка, о которой нефилим упомянул с не ускользнувшей от меня затаенной грустью.

На меня тут же уставились два изумленно злых глаза.

– Ты и такое делала?

– Да, три года назад, на День Труда. А что, в моем личном деле этого нет? – я притворно опечалилась. – Странно.