Нефилим. Том 1. Начало

– Ты же не только из-за моего предполагаемого отсутствия ходила по школе, напоминая потерявшееся привидение! – замахала я на Стефу руками. – Случилось что-то еще!

Сестра замялась, отводя глаза. И тут я заметила это.

– Что такое? – заорала я. Схватила хрупкое запястье моей вампирши, вздернула рукав, обнажая тонкую, почти прозрачную кожу, под которой без труда просматривались светло-голубые вены.

– Ничего… просто…, – невнятно забормотала сестра, вяло пытаясь вырваться, но прекрасно понимая, что маневр обречен на провал.

– Ты же обещала, что больше не будешь этого делать! – мне стало так горько.

Знать, что она сознательно наносит себе вред было очень тяжело, но видеть тонкие, глубокие и неестественно ровные порезы на её руках было практически невыносимо. Умом я прекрасно понимала проблему, осознавала те психологические механизмы, которые толкали сестру на причинение самой себе вреда. Я изучила тонны литературы касаемо аутоагрессии, и несколько раз консультировалась со специалистами.

– Обещала, – зашептала Стефа, пряча глаза. – Но мне стало так плохо… Я практически не осознавала, что делаю.

– Из-за чего тебе стало плохо? – вцепилась я в худые плечи и для верности встряхнула. Хотелось, чтобы она перестала мямлить и рассказала мне все! – Кто тебя расстроил? Ткни пальцем, и я быстро организую ему бессрочную путевку в морг!

– Не надо, – попыталась отмахнуться сестра, выворачиваясь из моих рук.

– Кто и что тебе сказал?! – продолжала давить я.

– Мне никто ничего не говорил! – вспылила сестра. – Это все из-за фотографий!

Глава 18

Я удивленно выгнула брови и отступила.

– Чего? Фотки? Серьезно?

– Да, – Стефа дрожащей рукой убрала прядку волос и посмотрела на меня с болью в светлых глазах. – Мне подбросили их под дверь. На одних были убитые животные, а на других…

– Кто?

– Я, – сказала сестра и словно что-то тяжелое упало на дно колодца.

– Когда снимали? – я пыталась сохранить здравомыслие, хотя даже мне стало чертовски жутко. Представляю, что испытала сестра, особенно, увидев снимки, запечатлевшие трупы животных. Наверняка, рыдала минут двадцать, поэтому и глаза немного припухшие, и голос звучит глухо. Это ведь Стефа! Она обожает все живое! Когда жили вместе, она не давала мне даже пауков убивать, вместо этого заставляя ловить членистоногих и выпускать на улицу.