Присвоенная, или Жена брата

Все это было чересчур для меня. Прежде я не касалась мужских губ даже в легком поцелуе. И вот в первый же опыт на меня обрушилась лавина новых ощущений. Дерзких и запретных.

Да, это был мой первый поцелуй, и он достался наглому вору Арнэю Гидеону.

Он вклинился коленом между моих ног. В ответ я впилась ногтями ему в плечи. Я бы расцарапала ему кожу, но ткань сюртука была слишком плотной.

Арнэй на миг оторвался от меня, но лишь затем, чтобы подарить мне взгляд полный обещаний и пылающий запредельным голодом.

Уж лучше бы продолжал целовать, чем смотрел вот так. Сила этого взгляда, его дикость испугала не на шутку. Я словно имела дело с опасным зверем, сорвавшимся с цепи.

— В пекло правила и традиции, — исступленно прошептал Арнэй. — Будешь моей, я так решил.

Он решил?! Я снова задохнулась, но на этот раз от гнева. Надоело, что все кругом решают за меня. Как будто я вещь, пешка на шахматной доске, которую переставляют чужие руки. Хватит!

Внутри меня поднялся настоящий ураган сопротивления.

Я ударила Арнэя раскрытыми ладонями в грудь, пытаясь оттолкнуть. Била снова и снова как ненормальная. Увы, это не помогало. Арнэй, не обращая внимания на мои жалкие потуги освободиться, опять наклонился ближе.

Тогда я укусила его за нижнюю губу. По-настоящему, до крови. Это была не любовная ласка, а схватка.

— Дьявол! — от неожиданности он отстранился, и я увидела кровь на его лице.

Вот так-то, Арнэй Гидеон. У меня есть шипы. Ты заблуждаешься, если думаешь, что я буду молча терпеть твои приставания. У меня слишком важная цель, чтобы променять ее на пару ночей с тобой. Пусть даже они будут незабываемыми.

— Пусти! — сказала я. — Ты не имеешь права меня касаться.

— А кто имеет? — спросил он, слизывая кровь с губ.

— Твой брат! Я принадлежу ему, а не тебе.

Его передернуло от этих слов. Чувственные губы скривились, как будто он попробовал что-то горькое.

— Я здесь решаю, кто кому принадлежит, — сказал он.

Это правда. Прямо сейчас мы в коридоре одни. Арнэй пьян и не контролирует себя. Ему ничего не стоит затащить меня в ближайшую комнату и надругаться. Судя по напряженному телу, его планы на вечер находятся в горизонтальной плоскости.

У меня всего несколько секунд на раздумья. Причем в моем распоряжении только слова. Они – единственное оружие против нетрезвого мужчины.