Наследие Сири 2 / Север в сердце

- Нет, эта вьюга быстро закончится, она – переломный момент, после которого не будет таких морозов по ночам. Лишь бы все это не стало дождем.

- Думаешь, стоит ходить далеко? Там точно такие же леса и взгорья, и мы не увидим больше ничего интересного. А летом, сразу, как закончатся работы на земле, мы можем отправить охотников хоть на какие расстояния, - он немного откашлялся, и уже не таким бравым голосом прошептал: - Знаешь, мне не нравится, когда вот так много людей, и пока я не вижу радости в таком походе.

- Мы много уже прошли, и видим, что земель много, но нужно быть уверенными.

- Хорошо, завтра свернем и будем идти на запад, пока не достигнем какой-то реки, - он хотел высвободиться из моих объятий, но я прижалась ближе, и он терпеливо постоял еще минуты две молча.

- Спасибо тебе, спасибо за то, что согласился – невозможно было уже вот так сидеть на одном месте, я чуть не выла, Драс, - сразу после слов о вое недалеко завыли волки.

Драс отрубил дерево в месте слома от корня, вместе мы выдернули его и потащили к лагерю, громко хрустя ломающимися ветками – дерево было сухим. За дровами ходили по три - четыре человека, и никто не отходил из освещенного круга возле юрт. Мы предусмотрели все, и были уверены, что нас невозможно застать врасплох. Ни людям, ни животным.

Утро радовало – вьюга улеглась, но не было солнца, как и морозца. Серое небо, затянутое тучами, не расстроило нас, и мы рано выдвинулись от лагеря и повернули резко влево – нам нужна была река. Но спускаться обратно вдоль нее, даже если мы ее найдем, не планировалось, так как выйдем мы тогда не на наш поселок, а далеко за горами.

Мы шли громко – пели песни и смеялись, поднимая этим самым дух нашей экспедиции. Сига дружила с Ютой и сейчас всегда шла рядом с ней, и они непрестанно болтали, а нам с Оми просто приходилось быть ближе друг к другу, раз другой пары больше не было.

- Думаешь, там дальше мы увидим что-то кроме этого снега? – Оми сама всегда начинала разговор, и, по-моему, жалела о том своем поведении. Меня отпустило, и я относилась к ней ровно.

- Здесь долго снег – все четыре месяца, хорошо еще, что не очень холодно, - я вспоминала наши зимы на Урале, утренние минус сорок два. Вот там точно в этих домах с дырой в крыше не выжить.