ВАМП. Практикум по целительству

— Может, кто-то желает дать справку вместо меня?

Сидящая на ряд впереди меня Элизара тянет руку, и худощавая преподавательница с роскошной косой ниже талии благосклонно ей кивает:

— Адептка Нейсс, пожалуйста, мы вас внимательно слушаем.

Рыжеволосая красавица поднимается из-за парты и неспешно перечисляет:

— Пантилия — закрытое государство, которое ведет торговлю с соседями неохотно и только потому, что не может обходиться без некоторых товаров, которые у себя не производит. Это королевство, номинально в нем правит род Альтаракс, но на деле власть сосредоточена в руках великих магистров религиозно-воинского ордена Волков Всеотца.

В стране специфическое отношение к магии: она не несет в себе зла, только если одобрена орденом. Само собой, стать магистром может только одаренный. Нам на истории магии говорили, что чародеям, не имеющим знакомых в ордене, на территорию Пантилии лучше не соваться — можно и на костер угодить по обвинению в использовании запретных чар.

— Да, это так, — кивает искусница. — Благодарю за исчерпывающую справку.

Элизара в полуобороте бросает на меня торжествующий взгляд и с видом победительницы садится. Ох, кажется, мне негласно предлагают посостязаться за одобрение преподавателей? Можно подумать, мне оно надо.

А надо мне сегодня пойти в «Посох и шляпу», любимый трактир Скитальца, познакомиться с ним и уговорить провести к орохоро в дни празднования Расцвета великой Ма. Это едва ли не единственное время, когда племена четырехруких собираются вместе.

О том, что Скиталец вернулся в Вышеград, узнала вчера из записки, привязанной к камню и брошенной на порог флигеля. Лисенок, не дождавшись моего возвращения, оставил послание таким немудреным способом. И я безумно рада, что на него не наткнулась госпожа Совкина, а еще, что парнишке хватило ума кинуть его не в окно, а под дверь.

Искусница Вейрот что-то рассказывает — моя рука послушно пишет за ней. Мысленно возвращаюсь к прошлому вечеру и невольно улыбаюсь.

…Боевики провожали меня, развлекая историями из студенческой жизни. Давно я так не смеялась. Втроем шли дольше, чем обычно иду одна, но я нисколько об этом не пожалела. Успела уже подзабыть, каково это — беззаботно улыбаться, не думая о том, что нужно заработать денег, чтобы выкупить семью… А еще я устала чувствовать себя никем, и странное дело, рядом с парнями это ощущение ни разу не возникло.