ВАМП. Практикум по целительству

Только бы не закричать! Только бы сдержаться! Нет, сейчас промолчу, я выстою здесь тихо, хоть и очень хочется взглянуть сплетницам в глаза. Сейчас я — Близард и не имею ни малейшего отношения к опальному семейству Бладриз.

Ох, Создатель! Как мне хочется закричать, что все это неправда! Что на самом деле все не так!

«Детей он делал сам или ему кто-то помог?» — Ядовитые слова тети, за которые мама отвесила ей пощечину, весьма некстати всплывают в памяти.

Мирнан… Чтобы не смущаться, я не задумывалась над тем, почему он родился уже через семь месяцев после того, как родители получили благословение в доме святой Виржии.

А что, если отец — ему не отец?..

Тошнота подступает к горлу. И я шумно дышу, не боясь, что меня услышат.

К счастью, сокурсницы меняют тему беседы — обсуждают наряды к зимнему балу и какие-то незаконные бои в катакомбах, о которых все знают, но почему-то не закрывают. Затем они уходят, и я выбираюсь из-за колонны.

Отбросить эмоции не получается. И некоторое время я просто таращусь на портреты юных родителей и Каррая.

Нет, интуиция подсказывает, что произнесенное близняшками — мерзкая ложь. И я буду верить своим глазам, а не подслушанным сплетням.

Стоило принять подобное решение, как буря в душе стихает.

Нет. Мирнан совсем не похож на Каррая. Брат — более симпатичная копия отца, и теперь я это ясно вижу. Ох, да ведь у него фамильный нос! Как я о нем забыла?!

Чувство облегчения стирает неприятные впечатления, полученные за четверть часа пребывания за колонной.

Остаток экскурсии проходит безмятежно и, пожалуй, весело — наша куратор, оказывается, знает много интересных историй о достижениях великих магов.

И не всегда их слава — результат тяжкого труда, часто она сваливается как снег на голову. Какие-то открытия и подвиги совершаются на спор, что-то делают назло недругам или даже под действием горячительных напитков. Уж точно: пьяный маг, колдуя, или себя угробит, или совершит прорыв в науке.

И только уже дома поздно ночью накатывает тоска.

Я не могу уснуть, все думаю о том, что мама и Каррай были знакомы.

Почему мне неприятна эта мысль?

Так и не разобравшись в причинах, забываюсь тревожным сном. И почему-то магисса не действует на него — впрочем, может, потому, что я снова не разрешаю быть ночью рядом, заперев ее в шкафу?

А в воскресенье меня ожидает еще одно разочарование: зима решает напомнить, чье сейчас время править. Весь день бушует метель, за снегопадом не видно ни неба, ни того, что творится на расстоянии шага.