Ведьма в бегах

С удовольствием наблюдала, как Миралд, не глядя, сел и тут же чуть не упал.

Чертыхнулся, бросил на меня взгляд, полный негодования, поднял упавший стул, сделал пас рукой, поставил, сел.

Хмыкнула. Никакой справедливости! Колдует среди бела дня и нисколько не переживает, что его могут обнаружить.

Присела напротив, сложила ручки на столе.

— Заходил сегодня к главному стражу города, — как бы между прочим начал Миралд, оценивающим взглядом проходя по обстановке дома, — его зовут Димер Ронтон.

Неужели я заставила главного стража города чинить сломанный кран? Улыбнулась.

— И каково было мое удивление, — продолжил мужчина, — когда он рассказал о новоприбывшей девушке, которая желает стать ворожеей. Ты, случайно, не знаешь никого по имени Фелиция Харрис?

Выжидающе посмотрел на меня. Промолчала, откинулась на спинку стула.

— Но даже не это самое интересное, Лика, — он пристально посмотрел мне в глаза, — в этом городе и не слышали, что их посетила сама герцогиня Олдридж.

— Ты рассказал? — испуганно спросила.

— Нет, Гликерия, — сделал акцент на моем имени несносный мужчина, — есть еще кое-что, — сердце сделало болезненный перебой, неужели он уже знает? — утром мне пришли сведения о безвременной кончине Говарда Уинсвила. Прими мои глубокие соболезнования, — серьезно проговорил он.

— Спасибо, — кивнула в ответ.

Прошла минута, вторая. Не вытерпела первой.

— Я могу все объяснить, Миралд!

— Слушаю.

Ух, этот его надменный вид. Но выхода не было, вздохнула и начала рассказывать.

— В тот вечер за ужином Говард вел себя несколько взвинчено, но ничего мне не рассказал, как бы я не просила поделиться проблемой со своей любимой женой, — покосилась на Миралда, тот внимательно слушал, — как только я его не упрашивала, целовала, гладила...

— Хватит, — поморщился мужчина, а я удовлетворенно улыбнулась.

— Через два часа после ужина его нашла служанка, — мой голос дрогнул, на глаза накатились слезы, — он выглядел ужасно! Из его рта шла пена, он весь трясся.

— Прекрати паясничать, Гликерия! — повысил голос Миралд. — Я прекрасно знаю, что ты не питала к мужу теплых чувств.

— Отчего же? — дрожь из голоса убрала, ответила совершенно искренне. — Мне очень нравился Говард.

— Ты хочешь сказать, что его отравили?

— Так сказал детектив, который всю ночь допрашивал слуг... и меня, — всхлипнула уже по-настоящему.