Крылья для ведьмы

В противном случае он сделал бы это сразу же.

Я покрепче сжала кулаки и сделала крохотный шажок из своего угла. Затем еще один и еще. Все это время я смотрела себе под ноги, вздрагивая каждый раз, когда приходилось переступать подозрительную тень на стыке между плитами. Так и казалось, что из мрака раздастся змеиное шипение, и в тусклом свете блеснет черная чешуя.

Наконец, я подошла достаточно близко к плите, на которой лежал Дэниель. Собрав все свое мужество, медленно подняла взгляд.

Не буду обманывать, когда я увидела первую змею, коленки постыдно задрожали, и я лишь каким-то чудом осталась стоять на месте, а не ринулась обратно в спасительный угол, вереща во все горло от страха.

— Оливия, змеи — это такие же рептилии, как и драконы, — мягко сказал он. — Помнишь Эвотта? По-моему, в итоге ты с ним неплохо поладила.

— Эвотт не шипел и не пытался меня укусить, — буркнула я.

— А теперь с тобой буду разговаривать я, — заверил меня Дэниель. — Ну же, Оливия, смелее! Ты должна поверить в то, что это — не змеи. Просто сгусток энергии, чужой волей преображенный в подобие рептилии.

Легко сказать, да трудно сделать. Вообще-то, сам Дэниель признался в том, что его нервы сдают от такого опасного соседства. А он-то мне фору даст в плане распознавания иллюзий.

Я покрепче сцепила зубы, в очередной раз затаила дыхание и посмотрела на Дэниеля.

Взгляд скользнул по белой коже мужчины, по его плечам, перехваченным тугими узлами змеиных тел, по впалому, поджарому животу, спустился ниже…

И тут же стыдливо поднялся наверх, а мои щеки знакомо потеплели от смущения.

Дэниель едва слышно хмыкнул, без особых проблем разгадав причину моей неловкости. Но, хвала богам, ничего не сказал.

Так, ладно. Пока все идет неплохо. Никакая тварь не торопится накинуться на меня.

Я уставилась на ближайшую змею, которая свернулась клубком на груди Дэниеля. Та зашевелилась, с неслышным шорохом принялась сжимать туже кольца своего гибкого узкого тела. На мгновение мелькнул раздвоенный язык, который невесомо лизнул кожу Дэниеля, как будто пробуя на вкус.

— О небо, — пробормотал он, и его голос заметно дрогнул от отвращения.

Как ни странно, это проявление испуга немного успокоило меня.