Крылья для ведьмы

– Честное слово, господину Аддерли очень неловко, что все так получилось. Но при всем своем горячем желании надвое он разорваться не может. Полагаю, при личной встрече он все вам объяснит и принесет уже личные извинения.

- Ладно, Оливия, не дуйся, - поторопился добавить отец. – Сразу было понятно, что Элден – птица высокого полета. У таких занятых людей частенько случаются подобные неприятности.

Я ничего не ответила. Молча взяла с кресла сумочку и нехотя подошла к Фредерику, который с легким полупоклоном предложил мне руку.

- Хорошо тебе повеселиться, - донеслось вслед дружное пожелание родителей, когда мы уже выходили из гостиной.

Фредерик любезно помог мне забраться в карету с королевским гербом, которая дожидалась нас около крыльца дома. Сам в свою очередь опустился на сидение напротив, и тотчас же повозка неторопливо тронулась.

- Я рад, что вы все-таки решили ехать на бал, - внезапно сказал Фредерик, глядя куда-то поверх моей головы.

- То есть? – Я недоуменно нахмурилась.

- Предполагал, - мягко поправил меня Фредерик. – Были у меня такие сомнения. И не только у меня, говоря откровенно. У его величества тоже были такого рода опасения. – Сделал паузу и словно невзначай добавил, опять уставившись куда-то в сторону: - Собственно, потому Рауль и отправил меня за вами. Чтобы быть уверенным в том, что вы прибудете на бал.

- Что?

Я неверяще распахнула глаза, когда до меня дошел весь смысл сказанного Фредериком.

Прозвучало все это очень странно.

- Вы же сказали, что вас об этом попросил Элден, - напомнила я.

- Одно другому не мешает, - снисходительно проговорил Фредерик. – Собственно, господин Аддерли попросил меня об этом одолжении уже после того, как я получил приказ короля. Не буду скрывать, я безмерно этому обрадовался. Не хотелось бы… - Замялся на мгновение и осторожно добавил: - Скандал был бы сейчас крайне неуместен.

- А если бы я все-таки отказалась? – медленно наливаясь злобой, процедила я. – Если бы передумала в последний момент?

Фредерик на какой-то миг сконцентрировал на мне взгляд своих блеклых невыразительных глаз. Пожал плечами и тихо проговорил:

- Простите, Оливия, я не силен в сослагательном наклонении. Но мне был дан четкий приказ. А я привык их выполнять беспрекословно.

Я аж запыхтела, покраснев от бешенства.