Джинн

- Можно хотя бы включить кондиционер?! – Настойчиво обратилась она к водителю.

Джонс отрицательно покачал головой, а Ючи пояснил:

- Он не работает.

 Парень купил себе трикотажную белую майку и такие же шорты. Они были слегка велики, но благодаря этому, создавалась воздушная прослойка, и теперь он чувствовал себя намного комфортнее.

- Ха! – Воскликнула модель. – Это потому что… как ты там по-русски называешь  американцев? – Обернулась она к гримерше.

- Америкашки,- подсказала девушка.

- Это потому, что вы всего лишь америкашки! – Коверкая последнее слово, заметила Банни.

- Давайте без национальных оскорблений, Банни,- сказал Джонс, и как-то странно посмотрел на девушку в зеркало заднего вида поверх очков. – Пока вы ждали документы в посольстве, я тоже времени даром не терял. Поэтому, если не хотите, чтобы я перешел на личности, помолчите немного, мисс Г. С. Баннистер.

 После этих слов Банни побелела и отвернулась.

- Баннистер – это твоя фамилия? – Тихо спросила у неё Маша. – А что означает Г. С.?

- Я не готова сейчас это обсуждать,- отрезала модель.

Маша равнодушно пожала плечами и уставилась в своё окно.

 Несколько часов прошло с тех пор, как они покинули столицу Иордании. Дорога, по которой они ехали, была, словно завитки пружины и все время уводила путников вниз. Воздух становился еще более плотным и удушливым, чем в Аммане. Все дело в том, что Мёртвое море и было границей между двумя странами.

 Вдали, меж холмов, показались оранжево-зеленые топи вперемежку с молочными водами. А сверху небосвод закрыли высокие горы янтарного оттенка. Табличка-указатель гласила, что на запад уходит дорога в Маддабу и на гору Моисея. Прямо – Мертвое море.

- Бахр мэйет,- прочла по-арабски Маша.

- Бахар мэйет, - повторила Банни.

Джонс и гримерша, не сговариваясь, посмотрели друг другу в глаза сквозь зеркало, и улыбнулись.

- Марьям, - обратился к девушке сержант. – Думаю, стоит объяснить вашей подруге, что у неё неправильное произношение.

- Да? И почему же, Джонс? – Язвительно спросила Банни.

- Бахр – это море, а бахар - козел, в арабском сленге, - засмеялся Баз. – Это тебе так, на заметку, чтобы ты больше не называла людей арбузами или еще какими обидными словами.