Диадема Справедливости

Как часто бывает в моменты напряжения, язык начал болтать без умолку.

− Если закрыть глаза, то мозг перестаёт получать картинку, следовательно, подтверждать её созданием каменной преграды не нужно.

− Стой! – в панике воскликнул Роннан, но опоздал по меньшей мере на мгновенье: я остановился, наполовину погружённый в скалу, не испытывая при этом ни малейшего неудобства.

− Закрой глаза! – повторил я и потянул его за собой. В какой-то момент он всё-таки вырвал руку. На несколько мгновений воцарилась полная темнота, которая сменилась тусклым светом факелов, закреплённых в стенах очень широкого туннеля, тянущегося, насколько хватало глаз.

− Люк! – раздался за спиной вопль, в котором звучала неприкрытая паника. Во всех сказках написано, что оборачиваться назад ни в коем случае нельзя, когда ты идёшь по делу… − Люциан!

Конечно, я обернулся. Верхняя часть его туловища торчала из породы, ноги остались в камне, сделавшись с ним одним целым.

− Вот же… Оберон, «отлюбивший» Титанию и половину человеческих королевств! – выругался я, за неимением других слов.

− Согласен! Но нам этот славный властитель древности никак не поможет!

− Чисто технически, помощь требуется только тебе, − заметил я. – Никто не просил открывать глаза и выпускать мою руку!

Даже в неверном свете факелов стало видно мертвенную бледность, покрывшую его обычно смуглые щёки.

− Б-без меня т-ты не сможешь д-достать Д-диадему Справедливости! – он начал заикаться от волнения, чего раньше не замечалось.

− Придумаю что-нибудь.

На самом деле, то, что я собирался сделать, могло расцениваться вопиющим нарушением всех правил этикета, грубым вторжением и вандализмом, но иного выхода просто не нашлось.

− Теперь-то хоть послушай меня! Закрой глаза и на счёт «три» задержи дыхание.

Он сглотнул и торопливо кивнул.

− Три! – сказал я, и выхватив Спин, быстро нацарапал рядом с пленённым Роннаном знак воды, пробормотав: «Quid erat lapis, aqua fiet. I’ll motum mihi in petra faciunt!»[3].

Каменная стена превратилась в водопад.

Роннан вывалился прямо к моим ногам, мокрый до нитки, впрочем, как и я: водяная лавина обрушилась и, сметая всё на своём пути, покатилась по коридору. За нами зияла дыра величиной с дом, через которую светило закатное солнце, освещая прекрасный лесной пейзаж. Тролль, прошедший уже половину коридора, громогласно взревел и побежал обратно.

− Что вы наделали?! – рычал он, подобно горной лавине, несясь в нашу сторону, как потерявший управление локомотив.