Диадема Справедливости

Странное совпадение: когда одной из дочерей понадобился жених, обо мне немедленно вспомнили, призвав ко двору. Мама хотела этой свадьбы не меньше Альдигитры, но… Я уже назвал причину отказа.

Он опять протянул длинную паузу.

− А убийство здесь при чём? – его манера зажимать информацию уже порядком раздражала.

− Дядя вступился за меня, сказал, что нельзя принуждать молодых людей к женитьбе против воли. Альдигитра очень оскорбилась, кричала…в общем, проклинала. А на следующий день дядю нашли мёртвым с моим кинжалом в груди.

− И тебя так легко обвинили в убийстве человека, который заменил отца и заступался? Очень странно, по крайней мере! Неужели мать…

− Мама за спиной Оаннеса договорилась с королевой Тианиель, чтобы она приняла меня к своему двору. Кинжал посчитали неопровержимым доказательством. Отсутствие мотива ни для кого не послужило причиной для оправдания. Мама мне верит, но доказать ничего не может. Кинжал видели все: до того случая я не расставался с ним. Так что, как понимаешь, путь в родной дом мне заказан.

− Пока не найдут настоящего убийцу, − заметил я.

− Учитывая, что с момента смерти дяди прошло уже около двух лет, разыскивать настоящего убийцу никто не собирается. Очень удобно: «козёл отпущения» найден, так зачем лишний раз мутить воду?

− Но всё же странно, что королева морских жителей не отправила тебя к Эониель: всем известно, они подруги!

− Можно ли светскую болтовню двух женщин при случае назвать дружбой? – он скривил губы в грустной улыбке, − С Тианиель у неё гораздо больше общего: мама знала саму королеву Мэдб.

Нынешняя правительница Двора Ночи частенько сидела у неё на коленях и называла тётей Кендрой. Кроме того, Неблагой двор – последнее место, где меня станут разыскивать: скромный рыцарь Роннан Сэллан мало заметен на фоне таких блестящих придворных, как Сильвар Стерх и Люциан Рамстэд.

Я поморщился:

− А вот лесть тебе не к лицу, если это не сарказм!

Он улыбнулся, на этот раз более сердечно, слегка приподняв брови, и развёл руками в шутливом придворном поклоне.

Мы почти подошли к скалистой гряде посреди Леса Потерянных Душ, по слухам, в нескольких точках незаметно переходящего в земли смертных. Где-то здесь должен быть вход в подземное царство Двалина… Скалы выглядели гладко: ни трещинки, ни пещеры.

− Похоже, мы буквально упёрлись в стену, − заметил Роннан.

− Да, просёк я уже твою склонность к сарказму, − ответил я раздражённо, внимательно изучая каменную плиту, представшую перед нами.