Диадема Справедливости

Именно Мэдб отправила тогда Сильвара вместе со мной к королю Нудду Аргетламху, чтобы он обучил нас воинскому искусству, ибо никто с начала времён не мог победить этого славного воителя в поединке. «Учить должны самые лучшие мастера своего дела!» − частенько говорила королева. Так, двое сорванцов, не дававших спокойно вздохнуть всему Сумеречному двору, были надолго обезврежены, да ещё обрели необходимые знания и навыки. Не могу сказать, чем занималась Рада в то время, когда мы получали синяки по всему телу от короля, пока не выучились как следует орудовать мечом.

Знаю одно, за время нашего отсутствия они с Тианиель стали настоящими сёстрами – не по крови, по духу. Пусть королева сильнее в сто крат – всё-таки древний род фейри и титул дают свои преимущества, но Ариадну не стоит недооценивать – она ведь человек!

Сэллан красноречиво вздохнул. Я еле сдержал улыбку.

− Королева Тианиель прекрасна, словно звёздная ночь, − тихо произнёс он, скорее самому себе, нежели мне, − Ариадна же подобна живительному пламени костра, который согревает в холодном мраке.

Только безумец выберет путешествие во тьме, испытав близость тепла и света… Но, если забыться, в этом жарком пламени можно сгореть дотла.

Я с удивлением воззрился на него – даже Макрель не смог бы сказать точнее. В груди заныло от осознания правды – всё-таки я лучше сгорю, нежели сгину во тьме и безвестности, будь мой выбор, конечно.

− Что же было дальше? − казалось, в его бархатных светло-карих глазах отражается небо.

− Мы вернулись, существенно улучшив свои навыки владения разными видами оружия – кто-то больше, кто-то меньше, но это уже частности. Годы пролетели незаметно: нам исполнилось лет по двадцать, когда Неблагой Двор принял нас обратно. В честь возвращения королева Мэдб устроила бал, с предваряющим турниром, чтобы мы смогли продемонстрировать своё искусство. Эх, как же я был счастлив, впервые сумев выиграть бой на шпагах с сэром Гавейном Свартсвейном, по прозвищу Чёрный Лебедь – ты его не застал: он отправился в странствия после смерти королевы, чтобы развеять боль и тоску.

Тианиель всегда поражала красотой, что не удивительно, при такой-то матери! А вот Ариадна в семь лет была настоящим «гадким утёнком»: высокая, пухленькая, с круглыми щеками, курносым носом и бесформенными кустиками бровей – одно название, что принцесса. Нас же встретили две прекрасные девушки – Тинни мы узнали сразу, а вот вторая казалась таинственной незнакомкой.