Многоликий Янус

А их за семь дней было дано мною ой как много!

В основном это были практические советы, облегчающие уборку и выведение пятен с тканей. Но также были и личные! Например, Гарния по моему наущению обратилась к Ядвиге с просьбой дать ей немного тех косметических средств, которые мне в своё время милостиво презентовала графиня Овердрайв. Ядвига, конечно, удивилась, откуда экономка знает о её заветных баночках! Гарния растерялась, не зная, что и сказать. И тут я произнесла своё имя, а женщина на автомате его повторила.

Надо было видеть, как от удивления вытянулось лицо Ядвиги и расширились глаза.

— Яна? Ты знаешь Яну? Но откуда?

В ответ Гарния выразительно постучала пальцем себе по голове. И многозначительно посмотрев на девушку, кивнула.

— Что? Яна сейчас у тебя в голове? — восторженно прошептала Ядвига. — Я так рада! А я-то подумала, что она совсем ушла!

Увидев ошарашенный взгляд экономки, Ядвига во всем ей призналась, начиная с падения в колодец...

Когда первый шок от рассказа девушки прошел, Гарния, качая головой, произнесла:

- Теперь мне все понятно! Вот почему ты так странно себя вела! А я-то уж грешным делом подумала, что это душа Авроры в тебя вселилась и понеслась к графу об этом сообщить.

— Так ты, выходит, вовсе не ангел, Яна? — вслух обратилась ко мне женщина.

— Не ангел, — ответила я. — А что я должна была тогда тебе сказать?

— Ну да, — согласилась Гарния. — Лучше постепенно такие новости сообщать, мне и так чуть с сердцем плохо не стало! Так, значит, ты из другого мира.

Очень интересно! Ладно, потом мне все обязательно расскажешь про свой мир! А пока мне нужно идти работать.

Попрощавшись с Ядвигой, экономка вышла из ее комнаты и на минуточку забежала к себе, оставив там подаренные ей баночки с гримом.

А дальше был обыкновенный рабочий день. Гарния летала по этажам, раздавала указания и проверяла выполненную работу. Но между делом мы с ней постоянно болтали. То я ей давала кое-какие дельные советы, то сама ее расспрашивала о разных давно интересующих меня вещах.

Наконец-то с момента моего попадания в чужое тело, да еще и в далекое прошлое, я могла свободно с кем-то общаться. Конечно же, я находилась, можно сказать, взаперти и не имела собственного тела, но в сравнении с одиночеством это сущая ерунда!

И только теперь я, наконец, узнала, что оказалась в России конца восемнадцатого века. А точнее, в тысяча восьмисотом году, во время правления Павла Первого, сына императрицы Екатерины Второй.