Маяк: Игра света

Тралл ушёл в садик, где сидел рядом со своими грядками и медитировал, раскуривая трубку, Лео запретила ему курить в доме. Иудно был в отъезде, а Лео, выслушав мой отчёт по маяку, ушла забирать свои платья у прачек, чем меня очень порадовала. Я вернулся в дом. Отпорол от кресла Иудно золотой кант и повесил на него артефакт, после чего надел на шею. Тяжесть приятно легла на грудь, и я понял, как сильно скучал по своему жетону мага, чувствовал себя голым, теперь на душе, несмотря на ужасную ситуацию, стало спокойно и легко.

Утром прибыл отец Иудно. Он светился как новенькая монетка, за ним волок огромные сумки юнга и бежал кот.

– Дети мои! Я к вам с доброй вестью! – сказал Иудно. – Триединый услышал мои молитвы и послал нам помощь. Вот!

Священник выложил на стол два мешочка, которые заманчиво брякнули.

– Что это? – Спросила Лео.

– Деньги! Я собрал их на починку маяка.

– Ого! Вот спасибо! Дайте я вас расцелую! – заорал я, вскакивая с лавки.

Я и правда готов был расцеловать этого мерзкого старикашку. Хотя почему мерзкого? Ну, любит он Триединого, что в этом плохого, не отвечает на вопросы, его дело. Зато в самый тёмный час он достал для нас денег и спас меня от виселицы за растрату госсредств. Иудно ловко увернулся от моих объятий и протянул руку для поцелуя.

– Откуда вы их взяли? – хмуро спросила Лео.

Вот она то чем недовольна? Ей денег принесли, починим маяк и будем жить как люди с комфортом, разве не об этом она мечтала?

– Милость Триединого, дочь моя. – скромно проговорил отец Иудно.

Лео только раздражённо фыркнула. Моё же настроение, несмотря на вчерашние злоключения, резко поползло вверх. Я решил рискнуть и спросить ещё об одной волнующей меня вещи, раз Триединый так щедр сегодня.

– Отец Иудно, чтоб запустить маяк нужны приборы и световой механизм. Всё это сильно разбито, мне не отремонтировать. Может, Триединый поможет? – сказал я заискивающе, отчего заслужил ещё один недовольный фырк от невесты.

– Приборы? Что ж я помолюсь, но на Триединого надейся, а сам не плошай. Не стоит ждать только божественных милостей.

Я помрачнел, ответ оказался больше похож на отказ, и посыл пойти поработать. Что ж, этим я и занялся после завтрака.