Феникс

Волосы цвета золота сильно растрепались за ночь, и чёлка начала спадать на глаз цвета ярко-красного рубина. Только что проснувшийся ребёнок прислонил ухо к двери, чтобы попробовать что-нибудь услышать.

— Подумать только, имперская стража! Они стоят у ворот, но обещают войти через 15 минут, а госпожа ещё даже не собралась! Надо поторапливаться! — слуги суетились. «Имперская стража хочет войти? Они не имеют права вот так говорить об этом. Только с разрешением главы рода. Никто не имеет права лезть в наш дом и ставить какие-то условия», — мальчик был возмущён наглостью имперских рыцарей, ведь никто не имеет права вот так игнорировать заключённый контракт.

Ребёнок рванул к шкафу с вещами, чтобы переодеться. Он сменил ночную пижаму на атласную рубашку красного, как глаза мальчика, цвета и белые брюки. Переодевшись, он направлялся в комнату родителей. Этот особняк – его родной дом. Мальчик знал все коридоры, все комнаты и все потайные ходы, а потому через минуту уже стучался в покои родителей.

Может, дверь была и одна, но эта дверь открывает лишь зал. Родители мальчика, Виола и Мэтью Дук, спали отдельно, в разных спальнях, их двери выходили в зал, в котором сейчас находился их сын. Эрн Дук. Законный наследник и единственный ребёнок.

Подбежав к двери матери, он начал стучаться, ожидая ответа.

— Кто? — голос матери и хозяйки этого особняка звучал злостно. «Ей тоже не нравится эта ситуация», — подумал Эрн.

— Мама, это я. — мальчик с уверенностью открыл дверь.

Он застал прекрасную картину, которую хотел бы лицезреть вечность.

Сидя за туалетным столиком, расслабленная мать отдалась в руки слугам, которые собирают её перед выходом. Она любит пышные платья из атласа и шёлка и увесистые украшения, что даёт ей некоторую величественность и грозность стана.

— Зачем пришёл? — теплоты в голосе не прибавилось, что было ожидаемо. Госпожа Виола всегда была такой. Холодной и величественной, но не смелой. Даже сейчас Эрн заметил как дрожат её голос и руки.

— Ты же не позволишь имперским рыцарям войти? — мальчик был её копией не только внешне, но и частично характером. Спокойный и хладнокровный, во всяком случае он старался таким быть. Да, он был возмущён действиями чужих рыцарей, но голос его был холоден и спокоен. Он никогда не позволит себе потерять контроль и дать волю эмоциям, потому что знает, что к добру это не приведёт.

Его мать глубоко вдохнула, нервно втягивая носом воздух, пропитанный духами.