Брак по воле Стихий

Спасибо благодетелю, что вообще вспомнил о запертой жене!

— Зачем ты так? — теперь в глазах Белки стояла обида. — Вот не понимаю я тебя, Эйра. Он же ради твоего спокойствия старался. Пошёл на преступление. А ты…

Он втянул носом воздух и вручил мне поднос.

— Я отговаривал его тащить тебя туда. Пытался объяснить, что ты не поймёшь или даже побежишь к стражам. Но он не послушал. Заладил, что ты должна увидеть поверженного врага своими глазами. Что только так сможешь жить спокойно. И что в итоге? — Вил развёл руками.

— Я оказался прав. Снова.

— Да тебя послушать, так Граниди святой! — воскликнула я, сильнее заводясь.

— Не святой, — Вилмор смотрел прямо. — Но и не чудовище, каким ты его считаешь. Иногда он даже слишком благородный. Что особенно странно, зная, где прошла его юность.

— И где же? — бросила со скепсисом.

— Пусть сам рассказывает, если захочет, — ушёл от ответа Белка.

Я молча стиснула края подноса и отступила в комнату. Лучше поставлю еду на стол, а то точно или выроню, или брошу.

Что-то совсем у меня нервы расшатались.

Вил молчал, но и уходить не спешил. Так и стоял в коридоре у открытой двери в мою комнату и выглядел напряжённым. Весь его вид говорил о том, что парень очень хочет что-то мне сообщить, но отчего-то сомневается.

— Вилмор, я тебя слушаю, — сказала равнодушным тоном, снова остановившись на пороге.

— А уверена, что услышишь? — спросил он с сомнением. — Я вот — нет. Ты же сейчас способна только себя слышать. И никого больше.

— А ты скажи. Проведи эксперимент, ты же их так любишь, — съязвила в ответ.

Но он только отрицательно помотал головой, опустил лицо и, развернувшись, пошёл обратно по коридору.

— Значит, ты тоже трус?! — выкрикнула я ему вслед.

Белка замедлил шаг и всё же обернулся. Теперь он смотрел на меня с открытым разочарованием, и это отдалось в моей душе гулким сожалением.

— Знаешь, раньше я даже хотел, чтобы ваш брак стал настоящим, — проговорил он, отведя взгляд. — Мне казалось, что из вас получится прекрасная пара.

Семья. Ар ведь только с тобой становился таким живым. Но теперь понимаю всю глупость моих надежд. Нет, вы не пара. Ты ему совершенно не подходишь — слишком твердолобая, упрямая и эгоистичная. Правильно Чет тебя называл: Принцесса Монвир. Вот уж точно попал этим прозвищем в самую суть.

Он снова направился к лестнице, но вдруг остановился, будто опомнившись. Тряхнул головой, достал из внутреннего кармана куртки какие-то листы и решительно пошёл ко мне.

— Вот.